— При том, что твоё оружие останется наготове? Рискнул бы, конечно, да только я, опять же, Герой. Священное Оружие нельзя отложить в сторону, оно всегда ко мне возвращается.
— Как-то у вас, Героев, многовато поводов для подлости… Впрочем, опустить его острием в землю тебе ведь ничего не мешает?
— Не мешает, только это не сильно меня разоружит… Если я подойду к тебе, затаив злые мысли, я и тупым концом смогу ударить так, что мало не покажется, — мне вспомнилась смерть тех друидов, что выманили у меня три копья в последней битве моей жизни.
— Повесь копьё за спину и дай мне поднять катану, как для удара. Это не гарантирует мне победы, но достаточно сравняет наши шансы, чтобы я мог проверить твою правдивость.
— Идёт, — я спокойно шагнул под занесённое оружие. Земного человека этот клинок мог обезглавить с одного удара, но у меня, с учётом разницы уровней, он лишь снимет часть Защиты. Даже если синеволосый учился у самураев Кутенро не только махать катаной, но и игнорировать Защиту, я почувствую, как он концентрирует в клинке ману для такого удара — и успею помешать ему даже голой рукой.
— Поле, — произнёс любитель выпивки, и я ощутил, как от него на три метра во все стороны действительно разошлось некое энергетическое поле. Не мана, какая-то другая разновидность праны. Пузырь, не атакующий, не защитный, а воздействующий как-то более тонко… Скорее всего — дополнительный орган чувств.
— Повтори ещё раз то, что ты сказал перед этим, — потребовал он, держа катану у самой моей шеи.
— Повторяю. Я не знал о том, что эти женщины нападут на тебя, не отдавал такого приказа, никого не просил, не намекал и так далее. Если я и мог спровоцировать их нападение, то только нечаянно, не имея такого намерения.
— Твою ж… — он опустил катану, не закончив ругательство, и тем самым спас себе жизнь, потому что если бы он оскорбил Дейрдре, мне бы пришлось его убить. — Кто или что ты такое?!
— Кухулин сын Ллуга, незаконная копия Героического Духа, Слуга Грааля, призван в этот мир как Герой Копья. А ты-то кто будешь?
— Брейн Унглаус, человек, авантюрист, наёмник… — он невесело усмехнулся. — Так значит, в той алкогольной дуэли у меня изначально не было шансов?
— О чём я тебя честно предупредил. Я скрывал свою личность, чтобы отдохнуть спокойно, а не чтобы получить несправедливое преимущество.
— Да уж, только предупредил такими словами, что попробуй пойми их правильно… Ну что, теперь сразимся всерьёз, зная настоящие возможности?
— С удовольствием, — я сделал несколько шагов назад и взял Копьё наизготовку. — Только уж прости, насмерть бить я не буду. Постараюсь лишь разоружить. Когда подтянешься хотя бы до уровня сотого — придёшь ко мне снова и мы сможем сразиться уже по-настоящему. А пока можем помериться мастерством, но не силой. В силе я слишком превосхожу.
— Как знаешь, но я сдерживаться не буду и постараюсь тебя убить прямо сейчас.
— Разумеется. Так как ты слабее, это твоё право и даже обязанность — использовать всё, на что ты способен.
— Не недооценивай меня, дух! — с яростным криком он метнулся в атаку.
Ощущение было похоже на то, что я испытывал в схватке с Силдиной. Для своего (восьмидесятого) уровня он и впрямь был избыточно быстр и силён. При этом владение собственным телом и оружием у него было на уровне слабого Слуги, то есть выше всех, кого я до сих пор встречал в этом мире. Кроме, может быть, Эклер. Та же Силдина (без помощи духов) ему заметно уступала по этой части. Стиль боя не имел ничего общего с техниками самураев Кутенро — у тех всё сводится по большому счёту к иайдо, то есть «кто ударил первый, тот и прав». Мой оппонент, похоже, владел и чем-то подобным (это было заметно в некоторых движениях), но против меня он сражался в иной манере — ближе к западному сабельному фехтованию. Ему относительно легко удавалось отводить мои удары, но трудно атаковать или контратаковать, поскольку длина копья давала мне естественное преимущество в дистанции. То же самое «Поле» обеспечивало предвидение моих действий на уровне, сравнимом с Оком Разума.
В принципе, несмотря на всё перечисленное, я мог бы его просто «затыкать», или, как это называют спортсмены двадцать первого века, «победить по очкам». Пусть преимущество в скорости оказалось не таким большим, как я ожидал, оно всё же у меня было. А уж запас праны у него бы и вовсе подошёл бы к концу, когда я только начал бы разогреваться — потому что экономить на магических приёмах я ему не позволил бы — заставил бы использовать всё, что возможно, и невозможно тоже. Но всё это не очень соответствовало бы поставленной задаче «Соревноваться в мастерстве, а не в силе». Нужно применить что-то более творческое, выиграть красиво. Нет, Копьё, извини, но скиллы Оружия творческими не считаются — по крайней мере для ситуации, когда у противника ничего сравнимого нет.
