Что же касается гоблинов, игравших роль танкистов, то они ехали в бой верхом на громадных пауках — размером от быка до финикийского торгового судна. Уровень этих членистоногих варьировался от 20 до 70. Даже на «маленьких» пауках с комфортом устроилось по два-три гоблина, а самые большие были настоящими мобильными крепостями, на их спинах располагались не только большие гарнизоны, но и катапульты, и даже пушки. Когда эти примитивные орудия открыли огонь, мудрость решения Боузера не выдвигать пехоту заранее стала очевидна всем. Если бы его подданные не были заблаговременно укрыты Повозкой, сейчас бы они понесли большие потери. Да и моей группе досталось бы прилично. Если бы я не сообразил, к чему идёт, и не воткнул вовремя в землю Огромный Каменный Щит — или если бы кто-то в моей группе промедлил и не укрылся за этим щитом вовремя. Но к счастью у всех выучка оказалась на высоте. Вне укрытия оказались только Фитория и Боузер, но первой вряд ли вообще что-то в этой битве могло навредить, а второй вовремя убрал голову и конечности под свой почти непробиваемый панцирь. Прямо интересно стало, какой Щит мог бы из него получиться?
Не успели мы выработать тактику против пауков, а в небе уже нарисовался пятый вид врага — орочьи шаманы верхом на вивернах. Воздух вокруг них трещал от зеленоватых молний, но пока они, казалось, больше угрожали — Мелти сказала, что их заклинания не особо впечатляют, а мне было трудно судить. Алва с удовольствием занялся их отстрелом из послинской винтовки, а Фитория с Боузером коротко переговорили и решили, что магикуп высаживать пока не будут — пока те оказались бы скорее уязвимой точкой.
И наконец с большой задержкой — минут через десять после начала Волны, будто специально тянул время — появился босс. Точнее варбосс. Гримгор Железношкурый — варбосс 400 уровня. Верхом на виверне с уровнем 100.
По отдельности эти факторы не стали бы проблемой. На земле Фитория всё ещё превосходила его по силе и скорости в два с половиной раза, пусть не с одного удара, но она бы его догнала и забила. С летающим врагом вменяемого уровня справилась бы Берос. Ну или та же Фитория, используя летающие или противовоздушные формы Повозки (как я узнал позже, у неё они были). Но мне одного взгляда на этого монстра хватило, чтобы понять — никого из моей пати к нему и близко подпускать нельзя. Фитория же в полёте становилась слишком неуклюжей и в полном размере Гримгор бы её просто переманеврировал, а уменьшившись, она бы стала уязвимой для грубой силы.
Что ж, для этого я и здесь, не так ли?
— Мелти, «Ауру» на меня.
Ощутив, как тело стало значительно сильнее и быстрее, запрыгиваю в воздушную колесницу Бого-короля и взлетаю. На этот раз пассажира со мной нет, так что я могу лететь по-настоящему БЫСТРО. Люди моего времени не могли себе даже вообразить подобных скоростей, тем более — что они на самом деле означают.
При таком превосходстве в скорости и маневренности мне не составляет труда обогнуть виверну и зайти к ней — а значит и к варбоссу — сзади. Одной рукой ловлю хвост с ядовитым наконечником, второй, со Щитом — отбиваю сгустки огня, которыми виверна в меня плюётся. После чего снова врубаю двигатели на полную мощность — вперёд и вверх.
Получается такой себе борцовский приём в воздухе — так как хвост я всё ещё держу, виверна от моего рывка переворачивается кверху лапами. Правда, Гримгор крепко держится в седле и даже в таком положении не выпадает… но лететь в таком положении виверна не может, подъёмная сила крыльев направлена в противоположную сторону… и она начинает падать. Извиваясь в падении, пытается принять нормальное положение, чтобы опереться на воздух… но я каждый раз парирую, новым рывком опрокидывая ящерицу.
Краем глаза смотрю на землю — там дела обстоят не столь хорошо. Пауки постепенно окружают наше маленькое войско, сжимая кольцо. Фитория, конечно, с одного пинка убивает даже самых крупных, они по сравнению с ней — что домашние пауки рядом с курицей. То есть пища. Но она то и дело отвлекается, глядя в небо, чтобы не пропустить момент для атаки на босса. И эти моменты противник использует для накопления сил и продвижения.
Шаманы толпой выкрикивают какую-то бессмыслицу. Это тоже очень плохо — незнакомое заклинание невозможно опознать, а следовательно и применить контрзаклинание.
Переключаюсь на Щит Туунбака, использую «Вызываю огонь на себя». Вовремя. Голова взрывается болью. Если бы Щит не перенаправил заклинание — у кого угодно, кроме Фитории, она бы взорвалась не болью, а просто взорвалась.
Ничего не вижу. Ничего не слышу. Ничего никому не скажу… во-первых потому, что на уме одни ругательства, а во-вторых потому, что рядом некому их услышать. Не Гримгору же высказывать всё, что я думаю.
Поспешно глотаю склянку святой воды из Инвентаря, мозги вроде восстанавливаются, хотя в голове ещё звенит. Варбосс воспользовался паузой и виверну выровнял — хоть и над самой землёй, за секунды до столкновения.
