За тёплыми морями, за высокими горами жил царь Огненный Щит. Скакал царь на восьминогом коне. На голове у всесильного царя была корона золотая, в одной руке у него круглый щит, испускающий, подобно солнцу, во все стороны огненные лучи, а в другой – копьё. На острие царского копья горело неугасающее пламя. Никто не мог победить и осилить царя Огненный Щит.
А в русской земле жил славный богатырь Еруслан. Случилось, что Еруслан уехал из дома на войну, а в то время на его родную землю напал враг. Разорил он города. Взял большой полон. А отца Еруслана и двенадцать его братьев ослепил и посадил в темницу. Узнал о такой беде русский богатырь Еруслан и поехал за тихие воды, за тёплые моря к царю Огненному Щиту и Пламенному Копью. Знал богатырь, что царь тот ни в огне не горит, ни в воде не тонет. Испускает он из себя пламя жаркое и пожигает всех своих врагов. На пути достал себе Еруслан славный богатырский меч-кладенец*.
Вышел он на бой с вольным царём Огненный Щит и рассёк его надвое волшебным мечом. Вынул Еруслан из развёрстой груди царя желчь и вернулся домой. Помазал богатырь этой желчью глаза отцу своему и двенадцати названым братьям. И прозрели они.
Сказка эта родилась из мифа о грозном боге-громовике. Пламенное его копьё – молния. Огненный его щит – солнце. Но свет солнца, его жёлто-золотое сияние врачует, как желчь сказочного царя. Тучи закрывали дневное светило и погружали мир во тьму, словно ослепляли его. Разбить тучи, освободить солнце, дарующее животворный свет земле, было под силу только мифическому богатырю, вооружённому волшебным мечом-кладенцом.
За горами крутыми, за лесами густыми, за морями синими в местах раздольных, средь лесов привольных в некотором царстве-государстве над рекой широкой, на берегу высоком стоял город славный – в той стране главный, и назывался он Антон. В том городе Антоне на золочёном троне сидел могучий князь Гвидон.
И вот задумал князь Гвидон Антонович жениться. А что он задумает, то и сотворит по своей воле. Призвал он к себе слугу своего Рычара Верное Сердце.
– Преданный мой слуга Рычар, – сказал князь, – прослышал я, что в тридевятом царстве, в тридесятом государстве живёт-проживает красавица красоты неописуемой и зовут её милым именем Милиса. Поезжай в это царство-государство и посватай мне Милису-красавицу. И возьми с собой сундук кованый подарков моих княжеских. Колечко золотое с камнем изумрудом такой величины, чтобы тяжелил белую ручку прекрасной Милисы. Платье парчи серебряной, шитое жемчугом. Подковки медные, а к ним сапожки сафьянные алые.
Преданный слуга Рычар Верное Сердце поклонился князю, вскочил на коня и без промедления понёсся к дальнему городу Крахмалхану, где правил отец красавицы Милисы Вездевул Вездевулович. Въехал он в ворота дубовые, проехал по мостовым каменным и остановился перед белостенным дворцом Вездевула Вездевуловича. Вошёл по ступеням каменным и поклонился хозяину низко-низко. А затем и поведал о том, с чем прибыл. Не забыл Рычар Верное Сердце поднести красавице Милисе и сундучок кованый с подарками.
Князь Вездевул Вездевулович вывел за белу ручку свою дочь Милису Вездевуловну и сказал такие слова:
– Могуч и славен князь Гвидон. Богат, умён и храбр. А уж такой красавец, что сказать немыслимо. Породниться с таким знатным женихом – большая честь для меня.
Молода ещё была красавица Милиса. Страшно ей было уехать из отчего дома. Попечалилась, покручинилась прекрасная княжна, а потом умыла своё нежное личико, утёрла его полотенчиком чистеньким и позвала своих мамушек и нянюшек, чтоб они её снарядили как следует. Пришли девушки-подружки, одевали её, златом-жемчугом украшали, песни пели подблюдные*.
А в городе Антоне князь Гвидон готовился встретить невесту. Вышел на крыльцо, вдаль вглядывается. Видит, тянется великолепный выезд. Карета Милисы вся украшена сдобными золотыми завитушками. Князь сам высадил невесту из кареты, взял ласково под руку и повёл в свои богатые палаты. А невеста-душа, ох как хороша! Маленькие ножки да аленькие сапожки. Смоляные косы, глаза раскосы. Бисер в уборе. Быстра в разговоре. Ножкой правой ступает павой*. Ножкой левой идёт королевой. Наглядеться на неё Гвидон не может. Рад-радёхонек.
А на другой день весёлым пирком и свадебку сыграли. Князь Гвидон сидел за столом рядом со своей молодой женой и потчевал её, угощал вкусными яствами. Угощал и приговаривал:
