В ресторан Кира приехала первой и когда сказала администратору на входе, что приглашена Георгом Чхеидзе, тот встретил ее чуть ли не как особу королевской крови и провел в отдельный небольшой зал, явно предназначавшийся для дорогих гостей. Следуя за администратором, Кира с интересом осматривалась. Посереди общего зала стояла настоящая крестьянская арба, в которой были живописно уложены корзины с фруктами и всякая деревенская утварь. Остальное оформление тоже было под стать: полы из длинных досок, массивные дубовые столы и такие же стулья, квадратные деревянные колонны и потолочные балки с подвешенными на них связками душистых трав, на стенах картины со знакомыми Кире по поездке в Грузию пейзажами.
Едва Кира успела устроиться за столиком и пригубить домашнего вина, которое ей, ни о чем не спрашивая, тут же налили из керамического кувшина, как появился Георг с Алиной, Владиславом и еще одним охранником. Бросив на них быстрый взгляд, Кира тут же отметила, что Алина совсем не выглядит счастливой, да и ее жених, похоже, сегодня не в лучшем расположении духа. Что касается Владислава, то его лицо было, как всегда, совершенно бесстрастным, он даже не удосужился как следует поздороваться с Кирой, а только кивнул ей и буркнул в ответ на ее приветствие, что они уже виделись сегодня.
– А где это вы виделись? – заинтересовалась, немного ожив, Алина.
– Мы случайно столкнулись на «Мосфильме», дорогая, – сообщил Георг. – Я сегодня встречался там с режиссером и продюсерами, которые собираются экранизировать «Витязя в тигровой шкуре», помнишь, я тебе рассказывал?
– Да, помню, – кивнула Алина и повернулась к подруге: – А ты что делала на «Мосфильме»?
– Ездила в студию реквизита, – пояснила Кира. – Для съемок в декабрьский номер нам понадобится кое-что из аксессуаров пушкинских времен. Я договаривалась об аренде и случайно узнала, что в одном из павильонов снимается фильм, где играет Артем. Ну, и зашла посмотреть съемки. Правда, поговорить с Артемом не удалось, он оказался очень занят. Но зато я встретилась с Георгом.
Рассказывая все это, Кира то и дело косилась на Владислава и с нетерпением ожидала, когда же он, наконец, начнет ее подначивать – она еще по дороге специально придумала несколько острот на этот случай. Но, как назло, тот не только ничего не сказал, но даже не смотрел в ее сторону, и раздосадованная Кира обратилась к Георгу:
– Как здесь все приятно, – польстила она. – И как узнаваемо. Словно мы снова у вас в гостях в Мцхете.
Георг сразу повеселел, и Кира мысленно похвалила себя за это. Пусть жених подруги немного побудет в хорошем настроении, прежде чем ему его снова испортят. Хотя вряд ли Алина решится это сделать сегодня, вон какая притихшая сидит, глаз не поднимает. Георг, откинувшись на спинку стула, начал вспоминать, сколько времени он знаком с хозяином ресторана и как они познакомились… Тот, легок на помине, вскоре подошел к их столу, и они с Георгом, обнявшись, стали наперебой рассказывать историю их давнишней дружбы. Кира делала вид, что слушает их, но думала о Георге. С одной стороны, в душе она немного сочувствовала ему – никому не понравится, если его бросят прямо накануне свадьбы. А с другой… Не доверяла она Георгу – и хоть ты тресни. Сколько они ни общались, ее не покидало чувство, что этот человек совсем не таков, каким хочет казаться. Словно то, что видят она и Алина, и вообще все окружающие – всего лишь маска, роль, которую Георг очень умело играет на людях. Но каков он на самом деле, никто не знает… Кроме разве что этого его верного Владислава, черт бы его побрал! Сидит тут, уплетает сациви за обе щеки и ведет себя так, будто она, Кира, вообще пустое место!
Тем временем хозяин ресторана затянул грузинскую песню, и Георг ее тут же подхватил. Алина сидела как на иголках, с трудом выдавливала из себя улыбку, и Владислав уже стал к ней внимательно приглядываться.
– Алина Владимировна, вам нехорошо? – вполголоса спросил он, наклонившись к ней.
Алина испуганно посмотрела на подругу, и этот взгляд был красноречивее самого отчаянного крика о помощи. Кира тут же храбро кинулась на ее защиту:
– Знаете, Владислав Дмитриевич… – начала она, хотя сама еще понятия не имела, чем закончить эту фразу.
