Такой своеобразный «суд чести» действовал лучше самой суровой расправы. Чапаев справедливо считал, что второй раз человек дезертиром не станет.
Несмотря на все трудности, бригада Чапаева с боями продвигалась вперед. То и дело приходилось отражать атаки казаков, сытых, добротно снаряженных, у которых был и стол и дом в любом богатом селе.
5 июля, с боем заняв станицу Переметную, чапаевцы, а за ними и вся армия подошли вплотную к Уральску. Началась осада города. В течение нескольких дней били по городу красные орудия. В это время, когда, казалось, победа была близка, белоказачий полковник Мартынов с большим кавалерийским отрядом совершил глубокий рейд по тылам 4-й армии и отрезал ее от баз снабжения. Боеприпасы оказались на исходе. В этот момент Чапаев проявил находчивость и оперативность. Утром 9 июля по его инициативе были созваны все полковые командиры и политкомиссары армии. Василий Иванович, осунувшийся и усталый — всю ночь он не сомкнул глаз, — но, как всегда, гладко выбритый и подтянутый, коротко доложил обстановку, и потребовал немедленного отхода всей армии.
Командиры и комиссары поддержали Чапаева.
Армия стала готовиться к отходу. Чтобы заглушить стук повозок, Чапаев приказал выставить пулеметчиков. Когда начался отход, затрещали пулеметы, демонстрируя начало атаки. Казаки приготовились к отпору. Долгое время не могли они понять, чего же медлят красные. А когда догадались, бросили вдогонку свой бронепоезд. Вскоре бойцы чапаевской бригады, прикрывавшей отход всей армии, услышали приближающийся стук колес — белоказачий бронепоезд спешил накрыть их огнем трехдюймовок. Все отчетливее дыхание бронированной громады. Вдруг страшный взрыв сотряс окрестность, ярко озарив ночное небо, — бронепоезд наскочил на подложенный под рельсы динамит…
Двое суток бойцы 4-й армии без сна и пищи, то и дело отражая атаки казачьих лав, шли на запад. Армия была спасена от разгрома, и в этом большая заслуга Чапаева.
Вернувшись с Уральского фронта в район Николаевска, полки чапаевской бригады сразу же, без отдыха, включились в активную борьбу с частями чехословацкого корпуса и только что созданной «Народной армии» самарской «учредилки». Чапаевцы не только остановили продвижение противника, но, перейдя в контрнаступление, с боями занимали одно село за другим (Б. Таволожку, Ивановку, Ивантеевку, Чернаву, Николаевку).
Комбриг Чапаев не ограничивался общим руководством вверенных ему частей, а принимал непосредственное участие в боях. 4 августа, когда 2-й Николаевский полк оказался в критическом положении, Василий Иванович лично повел в атаку кавалерийский эскадрон. Обойдя противника с левого фланга, кавалеристы ударили в тыл белым (один из излюбленных приемов Чапаева). Белые в панике бросились бежать, понеся большие потери в живой силе и вооружении. За этот бой Василий Иванович получил благодарность от командарма 4-й армии.
Однако под давлением превосходящих сил белочехов и «Народной армии» части дивизии Николаевских полков, в которую входила и чапаевская бригада, 7 августа начали отходить в направлении к Николаевску. Чапаевская бригада вела непрерывные бои с наседавшим противником к северо-востоку от Николаевска. Непосредственно город Николаевск защищали 3-й Николаевский полк (под командованием Михалева) и Балашовский отряд (командир Данильченко). Не выдержав натиска белочехов, они отступили, понеся большие потери. 20 августа чехословацкие легионеры вышли в город.
Еще на рассвете чехам удалось овладеть единственной в этих местах переправой через реку Иргиз — у села Порубежки. Теперь они намеревались захватить и село. Для красных войск сложилась неблагоприятная обстановка.
В эти дни Чапаева не было в бригаде. Накануне он крепко повздорил с Захаровым — командиром дивизии Николаевских полков и был не у дел. Но когда чехи заняли Николаевск, Василий Иванович не выдержал. Поборов в себе гордость, он в тот же день с группой ординарцев прискакал в Порубежку, где стоял Пугачевский полк.
Едва Чапаев прибыл, его обступили бойцы. Они радостно приветствовали своего командира. Комполка Плясунков сообщил Василию Ивановичу приказ начдива Захарова: полку оставить Порубежку и отходить на село Давыдовку.
— А общий приказ всей бригаде? — сухо спросил Чапаев.
— Приказано атаковать Николаевск. Разинский полк пойдет в лобовую атаку на город.
— Выходит, не мы собираемся атаковать чехов в Николаевске, а они нас в Давыдовке.
Плясунков растерялся:
— Что прикажете делать, Василий Иванович?
Чапаев решительно ответил:
— Приказ начдива, как ошибочный, не выполнять!
Тут же развернул карту.
— У нас левый берег, у чехов — правый. Правый господствует над левым. Так? У чехов к тому же переправа. Бродов через Иргиз нет. Как будешь форсировать реку?
Чапаев посмотрел на комполка: понимает или нет? Тот согласно кивнул. Взамен прежнего Василий Иванович отдал Плясункову новый приказ: на Давыдовку не отходить, вместо этого отбить у чехов переправу через Иргиз и затем совместно с Разинским полком атаковать противника у села Таволжанки.
