Почти год прошёл с тех пор как Ники откликнулась на вакансию ассистентки доктора Алерайо, великого злодея в прошлом и безумного гения в настоящем. Многое изменилось в её жизни, она нашла своё призвание и любовь, но только не спокойствие! Амбициозный проект доктора набирает обороты и — что следовало ожидать — буквально выходит из-под контроля и отправляется в город вершить собственную справедливость ради славы и во имя... самой Ники.
"Люди говорят о Добре, но комиксы о злодеях продаются всё чаще. Люди говорят о Справедливости, но множат неправду своими же руками. Люди говорят об Ответственности, но безучастность повсюду. Неужели вы верите, что тот, кого они называют Героем, на самом деле не Злодей?"
Солёная вода плотными кольцами кружила в воздухе вокруг маленького островка из острых камней, по центру которого мы стояли. Прохладные капли насквозь пропитали моё платье, и оно неприлично облепило фигуру, но я не чувствовала ни влаги, ни холода. При одном только взгляде на мужчину напротив сердце сковывал зарождавшийся глубоко внутри ужас, кровь в жилах стыла от пришедшего в голову понимания. Парис существенно выше меня, сильнее на целый порядок и... я не знаю никого во всей Республике, кто бы мог одержать над ним верх.
— Выбор сделан. Отныне я пойду своей дорогой, а ты, Никола, будешь ждать меня.
— Ничего я не буду! Какими ещё словами мне это сказать, чтобы ты понял?
Глаза Париса полыхнули огнём ярости.
— Когда я швырну Стоград к твоим ногам, ты более не посмеешь отказать мне. Никогда!— в его голосе звучала окончательная решимость. — А до тех пор — прощай.
Вода вокруг нас тут же успокоилась и плюхнулась обратно в океан. Стало неправдоподобно тихо, будто перед грандиозной бурей. Развернувшись на каблуках, Парис сделал шаг вперёд и взмыл в воздух.
Минуту, может даже две, я всматривалась в пронзительно пустую голубизну бескрайнего неба. Разумеется, напрасно. Сюда он уже не вернётся ни через час, ни завтра, ни вообще. Ну всё, приехали! Я теперь как Эйнштейн. Разница лишь в том, что он получил Нобелевскую премию, а я получу знатного пинка.
Несчастный кот Шрёдингера, это катастрофа!
Канун Нового года. За окном тихо падает снег, на столе искрит плазменный шар Тесла, на холодильнике магнитик в виде ёлочки — вот и весь праздничный антураж. Доктор Юлиус Алерайо, известный как бывший злодей Электрик и мой босс, не признаёт языческие обычаи и сугубо условные даты, к коим причисляет Новый год. Лендер, его приспешник по кличке Спектр и мой больше чем друг, точно такого же мнения. Именно поэтому в нашем доме, вероятно единственном во всей Республике, нет ни ёлки, ни гирлянд, ни подарков, и праздновать с шампанским мы не будем.
В этот достопамятный вечер я обосновалась на кухне вместе с чашкой зелёного чая и свежим выпуском еженедельной газеты Стограда. Слушала бодренькую мелодию новогоднего хита "Забери меня в горы", льющуюся из радиоприёмника каждый божий час, и дочитывала статью о свадьбе Дикого и Снежинки, когда Юлиус с поистине безумным видом влетел на кухню. Улыбаясь во все тридцать два зуба, он схватил меня за плечи и весьма чувствительно встряхнул.
— Что-то случилось, босс? — невозмутимо поинтересовалась у него.
— Не что-то, а кое-что! Ники, у нас будет ребёнок!
— КТО?!
К несчастью, я успела сделать глоток из кружки, подавилась и закашлялась. В мире едва не стало одним биофизиком меньше, хотя после событий приснопамятного Дня "Т", схватки с героями, Технодоктором и целым полком бюрократов, захлебнуться чаем было бы немного обидно.
Юлиус счастливо крутанулся на месте. От переизбытка эмоций его взлохмаченные волосы искрили не хуже шара Теслы. Радио надрывно затрещало и смолкло, лампочка под потолком погасла, затем пропало освещение в доме, и уже вслед за ними весь наш посёлок погрузился во мрак.
