Следом на пороге появился Лендер. Занёс тяжёлые металлические контейнеры с чёрно-жёлтым знаком биологической опасности и аккуратно сложил их на диван. Видимо, внутри что-то подороже гормонов и стволовых клеток. Или опаснее.
— А вы, парни, не плохо устроились. — Эволюций с вежливым интересом осмотрел холл. Из рукава его пиджака выскользнула толстая зелёная змея и беззвучно шлёпнулась на ковёр. Надеюсь, она не ядовитая. — Ух ты, цветочки в вазе! Непривычно видеть вас такими миролюбивыми.
— Дэмиэн, — Юлиус поприветствовал товарища. — Рад, что ты не побоялся выползти из болот после стольких лет. С другой стороны, вряд ли о тебе сейчас хоть кто-то вспомнит. Зачем вообще понадобилась эта история с инсценировкой смерти?
— Много будешь знать, скоро состаришься.
— То-то, я смотрю, ты помолодел.
— Да просто не жру всякую химию.
Устав стоять предметом интерьера, я сделала шаг вперёд. Трудно быть заметной с первого взгляда, когда в тебе всего полтора метра роста, а светлое платьице в цветочек непредвиденным образом гармонирует с обоями.
— Это моя ассистентка Никола Райдо, — тут же представил Юлиус. — Весьма толковая девушка. Она помогла мне вырастить то, что ты сейчас увидишь. Ленд уже рассказал, зачем ты здесь?
С вежливой улыбкой протянула руку.
— Доброго дня, доктор Салайо. Зовите меня просто Ники.
Гость пожал мою ладошку обеими руками.
— Только если вы будете звать меня Дэмиэном.
Его хищные глаза с оценивающим интересом окинули мою фигуру и замерли на лице. Эволюций с первого же взгляда понял, как сильно я не похожа на Юлиуса и Лендера — не супериор и даже не злодейка. Что они нашли во мне, раз впустили в свою жизнь? А что не так со мной, раз живу с ними добровольно? Я не шибко сильна в чужих эмоциях, но могу поклясться: он смотрел на меня как на любопытный экспонат для опытов. Не вовремя вспомнилось, что среди его экспериментов значились опыты на людях. Частенько без их прямого согласия. Супериоры — и герои, и тем более злодеи — не видят в обычных людях ровню себе. Герои, правда, в подобном шовинизме вслух никогда не призн
— Вздумаешь поправить ей что-нибудь во внешности, я поправлю тебе нос, — пообещал Ленд, проходя мимо Дэмиэна с ещё одним контейнером.
Я снова смогла расслабиться. Мало у кого возникает желание злить Спектра — он всегда держит слово.
Надменно фыркнув, доктор Салайо выпустил мою руку из хватки, лукаво подмигнул и переключил своё внимание на Юлиуса:
— Ну-с, что это за дело, вынудившее тебя вспомнить о моём существовании? Надеюсь, не долг в сотню стогов? Не похоже, чтобы вы тут нуждались.
— О-о, тебе понравится. Идём!
Сдёрнув с вешалки белый халат и на ходу подкинув его Эволюцию, мой начальник без промедлений повёл товарища в святую святых своего гения — в нашу подземную лабораторию.
Вообще-то, начать мы должны были с чаепития. Гость наверняка устал с дороги, вид больно замученный и бледный, глоток горячего напитка не помешает. Зря, что ли, я полчаса выбирала кружки в магазине, если их никто не увидит? И бисквиты зачерствеют...
Да, смешно. Смешно было всерьёз надеяться, будто эти два фанатика на первое место поставят такую обыденную вещь, как чай. Юлиус с трудом собственным-то планам следует, чего уж говорить о чужих.
Заскочив одной ногой на табуретку, словно на ступеньку, я быстро чмокнула Ленда в щёку и тут же поспешила за ними.
Просторная лаборатория тонула в абсолютной тишине и почти мистическом полумраке. Всё лишнее оборудование давно разобрано, сдвинуто или убрано, из-за чего внушительная стеклянная колба по центру казалась ещё больше, чем есть на самом деле. Тусклая ультрафиолетовая лампа над ней давала света ровно столько, чтобы хватило не споткнуться о толстые провода на полу. Рядом маленький столик для анализов и мягкий стул, на котором я провела многие сутки дежурств. Позади рабочее место Юлиуса с едва мерцающими мониторами на стене.
Объект 20.20, моими стараниями получивший имя Парис, мирно плавал внутри колбы. За четыре месяца в питательной эссенции гуманоид достиг внушительного роста в метр семьдесят и уже напоминал не просто человекообразное существо, но уже практически сформировавшегося мужчину.
Скользнув мышью впереди докторов, я схватила со столика небольшую стопку комиксов, которые читала Парису накануне вечером, и убрала подальше в тень. Их вид умаляет драматизм ситуации и существенно снижает градус пафоса, а тот факт, что все они так или иначе связаны с Чёрной Птицей — самым нелюбимым героем подавляющего числа злодеев — гарантированно не приведёт в восторг нашего гостя.
