— Чего? — ошарашено воскликнул Кигус. Его удивило, что драконы могут разговаривать. Но еще больше его удивил этот вопрос. Лежавший перед ним зверь чем-то походил на летучую мышь. Тонкие передние конечности, вокруг которых повисли кожаные крылья, мощные задние лапы и толстый чешуйчатый хвост. Голова дракона сидела на толстой шее и была покрыта чешуей с шипами. Еще на ней было два коряво изогнутых рога, что вкупе с его унылым видом, придавало ему забавности.
— Ну, я спрашиваю, это не больно, когда тебе отрубают голову? — вновь задал вопрос ящер.
— Хм. Моя голова на плечах, поэтому я не знаю, — пожал плечами воин и, вновь замахиваясь мечом, добавил, — ну если и будет больно, то всего чуть-чуть. Я так думаю.
— Это хорошо, — произнесло чудовище, — а то я уже не могу так больше жить.
Тут Кигус опустил меч. Да, сражаться с чудовищем это похвально. А вот когда оно просит убить тебя, это уже как-то не по-человечески. Он ведь должен быть героем, а не палачом.
— О мироздание! Тут еще и дракон-суицидник? Что происходит с этим миром? — тихо простонал дух приключений.
— Так тебе и надо, — злорадно фыркнул Кигус. А затем обратился к ящеру, — а чего с тобой такое? Почему умереть хочешь? — битва явно не задалась, так что можно просто поговорить.
— Почему, почему, — передразнил его дракон. Он поднялся на задние лапы и как нашкодивший пес плюхнулся на задницу, поджав под себя хвост. — Жизнь плохая у меня.
— Да как это плохая то? — удивленно ответил Кигус, — ты ж дракон!
— А чем это поможет? — вздохнуло чудовище, — Жрать нечего. Был тут десяток диких козлов, дак съел всех. А больше тут ничего и нет. Летал к городу, думал хоть корову или овцу стащу. Так пальнули из баллисты — до сих пор бок болит. Я вон отощал уже весь, — дракон оттянул у себя на животе складку кожи, — скоро сам помру. Уже и зубы выпадают от недоедания. Вот, гляди, один шатается, — показал он.
— Да, не везет тебе, — смущенно пробормотал герой.
— Я даже выспаться не могу, — продолжал ящер, — камни жесткие, всю ночь ворочаюсь. По ночам холодно — аж зубы стучат. Еще и всякие мыши по мне ползают. Ужас, да и только.
— Так улетел бы в другие места, — Кигус осторожно присел рядом с драконом, — может там лучше?
— Я сюда забрался от родственников подальше. Достали меня. То им не так, это не так. Все указывают, как мне жить….
Дракон все говорил и говорил. Про своих тетушек, про предков, про какие-то северные земли за морем. Снова про то, что у него чешуя облазит и зубы выпадают. И про многое другое. Кигус даже не мог и слова вставить — этот словесный поток было не остановить. Герой даже взглянул на меч. Глядишь, если ящер будет без головы, то точно замолчит. Вот только опять не по-человечески выходит. Тебе душу изливают, а ты раз и мечом по шее.
Так и сидел наш герой рядом с драконом и слушал, слушал. Наблюдая, как уходит в закат большое и красное солнце.
— Чего ж мне теперь делать-то, — едва слышно пробурчал он, стараясь не отвлекать ящера от жалоб, — хоть бы какой-нибудь дух приключений подсказал.
— Я-то откуда знаю, — прошептал невидимка, — для того чтобы окончательно втоптать в грязь весь героический эпос, тебе осталось лишь подружиться с ним, а затем еще сжечь город. Вот тогда будет вообще замечательно, — язвительно заметил он.
— Хм, а ведь хорошая идея…
— Чего?! — выпалил дух приключений, да так, что дракон замолчал и удивленно взглянул на героя.
— Знаешь, — воспользовавшись заминкой, обратился фермер к ящеру, — мне нужно вернуться в город. И вернуться с добычей, а то меня самого казнят. Так что ты извини…
А затем над Южными скалами раздался жуткий рев.
В Город на Горной равнине Кигус вернулся утром. Он шел слегка хромая, весь перепачканный пылью и сажей. От его вида, люди сами расходились перед ним, вновь собираясь за его спиной и испуганно перешептываясь.
Стражники у замковых ворот и вовсе вытаращили глаза, едва завидев его. Один сразу умчался внутрь, а другой остался, испуганно косясь на заплывший правый глаз героя.
— Подожди… те тут, — пробормотал он.
— Угу, — угрюмо буркнул Кигус и скрестил руки на груди. Ждать ему пришлось недолго, вскоре второй стражник вернулся и все трое вновь зашагали по коридорам замка.
Лорд Альтур встретил его в плохом настроении. Правитель был заспанный — видать, его только что разбудили.
— Так это опять ты? Поднял всех на уши. Разве ты не знаешь, что я просыпаюсь только к обеду! — злобно начал тот, уперев руки в бока, — если ты думаешь, что я поверю этому маскараду, то ты заблуждаешься!
— Я прошу прощенья, — извинился герой, когда лорд Альтур закончил свою речь, — но я принес вам это.
С этими словами Кигус полез в свою сумку. К несчастью за время пути там всё перемешалось. Так что под взглядами правителя и его стражников, фермер принялся копаться в её необъятных недрах. Он вытряхнул на пол пустой бурдюк, затем грохнул об каменный пол ржавой кирасой и, наконец, отрыл завернутый в тряпку треугольный предмет. И попытался опуститься на колено, чтобы вручить его лорду. Правда, при этом, он чуть не потерял равновесие.
