– Фред! – испуганно вскрикнул лысый, но старик снова развернулся к окну. – Послушай, Фред! Разве я тебя хоть когда-нибудь подводил? – С этими словами лысый направился к креслу Бердиса, прихватив по дороге большую подушку с дивана. – Я ведь тоже относился к тебе, как к отцу!
С этими словами он со всей силы прижал подушку к лицу Бердиса.
– Разве не для тебя я старался, работал все эти годы? – говорил он на ухо старику, пока тот неслушающимися руками старался отнять подушку от лица. – А ты! Думал, видишь меня насквозь? Думал, ты альфа, а я омега? – Руки старика безвольно повисли. – А я и альфа, и омега! – прошипел лысый и отбросил подушку в сторону.
Он задумался над тем, хочет ли видеть лицо поверженного противника, когда понял, что в комнате не один. Лысый не спеша развернулся и встретился взглядом с дворецким, который молча стоял в дверях. Не вызывало сомнения, что дворецкий здесь находится достаточно давно.
Сальваторе быстро смекнул, что к чему. Уж этого недалекого качка он сможет понять без труда. Не то что этого некогда великого комбинатора. Лысый прошел к овальному столу и уселся в огромное кожаное кресло.
– Друг мой, – сказал он спокойно, – тебя, кажется, зовут Витор?
Дворецкий кивнул в ответ. Было видно, что он еще не знал, что делать. Лысый решил, что, раз Витор не стал вмешиваться, когда он душил хозяина, не станет перечить и теперь. Говорить много означало лишить слова веса, и он сказал:
– Теперь, Витор, ты будешь служить мне. Времена изменились.
– Я буду внизу ждать ваших приказаний, – так же лаконично ответил дворецкий.
Не прошло и получаса, как к дому подрулил огромный «крайслер». За это время Витор успел увезти тело Бердиса в подвал и вызвал для лысого его толстого товарища, которого звали Александр Сполбек. Витор не сказал, кто и зачем вызвал Александра, поэтому глаза у него были поистине размером с блюдце, когда он увидел в том кресле, где ожидал увидеть человека, которого безмерно уважал и боялся, своего соратника.
Лысый специально добивался такого эффекта. Теперь он, как и Бердис когда-то, искал для себя правую руку. Знал, что Александр готов ему подчиняться, и теперь хотел удостовериться лишь в том, что и умом он не обделен.
К его удовлетворению, вошедший Сполбек моментально сориентировался:
– Le Roi est mort! Vive le Roi![10]
Произнося эти слова, толстяк думал, как ему поступить и что будет дальше.
– Vive L'Empereur![11] – ответил серьезно лысый.
Александр сел в кресло.
– Увы, мой друг, настало время определиться – кто с кем. Великие идеи требуют в жертву тех, кто их не приемлет. Это закон жизни. Ты готов идти вперед? За мной?
– Готов! – быстро ответил Сполбек, хотя обдумывал свое положение непрерывно. Сальваторе собирает в своих руках все большую власть, поэтому отвергнуть его предложение сейчас означало бы обрести самого могущественного в мире врага. К тому же шанс мирового господства очень уж реален в этот раз. – Всегда был готов.
Лысый встал с кресла и протянул руку Александру:
– Благодарю, мой друг! Я не сомневался в тебе и высоко оценю заслуги тех, кто был со мной с самого начала. Пришло время резких и решительных действий. Не пролив крови, не выиграть войну.
Толстяк почувствовал, как ворот рубашки сжимает его горло. Он с трудом сглотнул и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
– Полностью согласен с вами.
– Что ж, тогда нам нужен будет список тех, кто голосовал тогда в бункере. Укажите, кто и как голосовал. С нашими противниками разговор будет короткий. Решим с этим в ближайшие два дня. Пока господин Бердис, – улыбнулся лысый, – любезно предоставил свой особняк в наше распоряжение, нужно воспользоваться этим и пригласить сюда всех наших господ по одному. С кем-то разговор будет короткий, с кем-то – подлиннее, но я встречусь со всеми лично.
Сполбеку стало не по себе от этих слов, а Сальваторе широко улыбнулся. Теперь сомнениям не было места, оставалось только идти к цели.
Глеб спал крепким сном праведника, закрепленным бутылкой дешевой водки. Он еле продрал глаза, когда комната стала наполняться невыносимо ярким светом. Таран в страхе подскочил на диване и стал прикрывать глаза ладонью, чтобы хоть немного спрятаться от слепящего света. Со сна не сразу понял, что происходит.
Через несколько секунд свет стал понемногу ослабевать, и он смог различить посреди комнаты огромную фигуру в развевающихся белых одеждах.
– Не бойся, человек, – послышался приятный баритон. – Я принес тебе благую весть. – Это был ангел. – Настало время для твоего похода. Тебе нужно поторопиться.
Сердце у Глеба бешено заколотилось.
– Что? Что мне нужно делать? – неуверенно пролепетал он.
– Собирайся как можно быстрее. Тебе нужно вернуться в лес и забрать корабль. Черные спешат захватить его, как и люди. Этого нельзя допустить. Теперь все зависит от тебя.
Ангел исчез в следующее мгновение, а перед глазами Глеба продолжали плавать темные круги. Он потер глаза и осмотрелся. В комнате, кроме него, никого не было. На стене тихо тикали часы. Но это был не сон.
– Елизавета! – позвал Глеб тихо.
