Какое-то время внутри не было слышно ничего, потом гулко забухали шаги, заскрипели половицы, сдвинулся засов. Дверь медленно отворилась, и то, что первым увидел замерзающий Глеб, был черный ствол карабина «Сайга-12». На пороге стоял крепкий мужчина лет сорока, с огромной русой бородой и всклокоченными волосами. Глеб сразу приметил дорогие современные сапоги и утепленные штаны Columbia.
– Тебе чего надо? – угрожающим тоном спросил хозяин домика.
– Меня Глеб зовут. Я… я пилот. Самолет мой разбился в тайге.
– Владислав Макарович, – представился хозяин, отступая вовнутрь и опуская оружие.
– Как мне повезло найти тут вас! Я бы насмерть замерз!
– Проходи, грейся, – несколько более дружелюбно ответил Владислав. – Тут, знаешь ли, гостей не каждый день встречаю. А ты так тарабанишь. Мало ли кто может шататься вокруг. Может, зэки беглые или контрабандисты какие заблудшие.
Глеб сел на стул поближе к растопленной русской печи. Хозяин стал возиться с чайником.
– Сейчас тебе травяного чая заварю. Быстро отойдешь.
Глеб, посматривая по сторонам, остановил взгляд на рации и ноутбуке, стоявших на столе.
– А вы что забыли в такой глуши? – спросил он, беря пол-литровую чашку сильно пахнущего травами и спиртом чая.
– Исследуем пути миграции птиц. Я орнитолог.
От тепла и душистого чая Таран разомлел. По уставшим ногам разлилась приятная слабость, стало клонить в сон.
– Чай отличный! – похвалил он. – С чем это он?
– Мой травяной сбор, малинка сушеная, коньяк – одним словом, все, что необходимо.
– Будь начеку! – шепнула на ухо Елизавета.
Глеб улыбнулся:
– Как же мне повезло!
Глаза у него стали слипаться, и ничего с этим поделать он не мог. Когда рука у Тарана безвольно опустилась вниз, хозяин дома встал, аккуратно взял чашку с недопитым напитком и поставил ее на стол. Забросив карабин за спину, подошел к рации, не выпуская Глеба из поля зрения.
– Говорит станция «Орнитолог-1»! Станция «Орнитолог-1». Прием.
– Слушаю вас, «Орнитолог-1», – послышалось сквозь помехи.
– Как вы и говорили, пилот у меня. Молодой парень. Сказал, что зовут Глебом.
– Хорошо, задержите его до прибытия вертолета. Будьте осторожны.
– Да куда ему деваться?! Спит крепко.
– Вертолет будет через полчаса максимум.
– Буду ждать. Конец связи.
Мужчина выключил рацию, взял карабин и уставился на спящего Глеба.
– Ну и дела! – выдохнул он, почесав макушку.
Сквозь сон Глеб слышал какие-то голоса. Ему даже показалось, что прямо у него над ухом стрекочет винт вертолета.
«Я ему чаю дал со снотворным, – донеслось до его сознания. – Проспит пару часов, не больше. Спасибо, что быстро прибыли, а то с этим шпионом некомфортно как-то». Раздался нервный смешок.
Таран сквозь сон почувствовал, что его поднимают и куда-то тащат. В лицо пахнул морозный воздух, вновь раздался стрекот вертолета…
Очнувшись в пустой холодной комнате, Глеб с трудом продрал глаза. Он лежал на медицинской кушетке, прикрученной к полу. За зарешеченным окном шел снег.
– Ты в каталажке, – обрадовала его Елизавета.
Глеб с трудом поднялся на ноги. Голова слегка кружилась. Подошел к окну. Снаружи был виден только глухой серый двор с несколькими уазиками, мелкие снежинки безвольно падали, покрывая тротуар и крыши автомобилей.
Металлическая дверь в комнату резко отворилась. На пороге показалось двое солдат.
– На выход!
Глеб молча повиновался. По узкому, слабо освещенному коридору его провели в еще одну комнату, точь-в-точь походившую на его камеру. Обстановка в допросной была небогатой: стол с двумя стульями да видеокамера на треноге. За столом сидел довольный мужчина, одетый в джинсы и черную водолазку.
– Капитан Мартынов, – представился он. – Я буду проводить допрос. Будет вестись видеосъемка.
Глеб кое-что слышал о своих правах, да и фильмов смотрел немало.
– Кажется, я имею право на общение с адвокатом перед первым допросом.
– Это все верно, но человек, который обвиняется в убийстве сотрудника полиции, а также похищении секретного военного оружия и попытке вывести его за границу, должен иметь возможность пойти на сотрудничество со следствием, прежде чем по уши в дерьме увязнет.
Глеб сглотнул. В животе у него похолодело. Ситуация приобретала самое неблагоприятное развитие.
– Может, ты хочешь сразу рассказать, что это тебе голоса приказали похитить самолет и вывезти его за границу. Кто тебя знает?
Глебу стало не по себе. За все время, пока с ним происходили эти меганевероятные события, он принимал все как есть. И только теперь, столкнувшись с правоохранительными органами, задумался, а не поехала ли у него крыша. Вспомнились знаменитые фильмы «Остров проклятых» и «Игры разума». Не настало ли время прийти в себя? По-видимому, все эти мысли так явно читались на растерянном лице Глеба, что Мартынов переспросил:
– Что, угадал я? – Он хмыкнул. – Ну, не в «Спортлото», так хоть здесь.
– Ничего не рассказывай ему! – шепнула на ухо Елизавета.
Таран дернулся от неожиданности и посмотрел в сторону, откуда доносился голос Елизаветы.
– О-о-о! – протянул следователь. – Совсем того? Или дурочку включаешь?
