– Как он действует? – прокричал он, чтобы было лучше слышно сквозь вой турбин двигателей.
– Я не знаю. Они сами его запустили.
– И что вы видели? Где появилось изображение? В верхней части экрана или прямо в воздухе?
Глеб задумался. Это было очень странное ощущение.
– Как будто сон. Мне кажется, что все видели разные картины.
– Ну да, ну да. Это будущее каждого. Показывает отдельно. А как ты себя чувствуешь после этого?
– Абсолютно нормально. Ничего такого.
– Это хорошо! Теперь постарайся в подробностях вспомнить, что ты видел возле Die Glocke.
– Странные картины. Какие-то ракеты, страшные взрывы. Я не знаю, где это происходило. Даже не могу сказать, в какой стране. Падают ракеты, и все горит. Похоже, это были ядерные взрывы, потому что, как в кино, все разлеталось. Дома, машины, люди просто исчезали в момент, и все. Вокруг меня словно огненный вихрь был.
– Это все?
– Нет…
– А что молчишь?
– Потом меня убили. – Глеб отвернулся к иллюминатору и уставился на плотную пелену облаков внизу.
Девятов сглотнул. Он знал, что Колокол безошибочно должен показывать будущее человека. Владимир помолчал некоторое время, постучал карандашом по записной книжке.
– Послушай, Глеб, ты видел только вариант развития событий. Если бы ты теперь снова заглянул в Колокол, то увидел бы уже совсем другое. Постарайся в деталях вспомнить, что ты видел дальше.
Глеб вздохнул, ему стало грустно.
– Какие-то огромные воронки или холмы, что ли. Я не пойму. Все пусто вокруг. Только рыхлая черная земля. Солнца не видно, все серое, дышать тяжело. Небо закрывает что-то большое. Все небо потемнело. Я пытаюсь взобраться по этому косогору. Земля горячая, сыплется, добраться не могу. Наверху стоит мужчина какой-то. Машет чем-то, кричит.
– Тебе?
– Нет, вверх смотрит. Пахнет паленым. Я пытаюсь лезть. А потом он меня замечает и стреляет чем-то в меня. И всё…
Девятов тщательно записал все сказанное.
– Из пистолета стреляет?
– Нет, кажется. Точно нет! Каким-то лазерным лучом. Как в «Звездных войнах»! Точно!
– Он – Черный?
– В смысле? – удивился Глеб, уставившись на Девятова. – Негр?
– Нет! Ну, пришелец он? Ангел Черный?
– Его плохо было видно на фоне светлого неба. Но мне кажется, что человек обычный. Как мы.
Девятов вздохнул. Глеб рассказал ему много важных фактов, и теперь нужно было анализировать, думать, прорабатывать пути дальнейшего действия.
– Ладно, теперь рассказывай, как в Россию вернулся, и потом можешь отдохнуть немного. Время у нас еще есть…
– Как же жалко, что «Врил» нам не удалось заполучить! – досадовал Девятов, когда Глеб закончил рассказ. Если бы ты хотя бы одну инопланетяночку с собой прихватил!
Глеб искренне расхохотался:
– Да такие штучки! Хорошо, что ноги унес оттуда. Мне кажется, что они сильнее, чем люди, умнее тоже.
– Вполне может быть… Я читал про их расу. Ну, брат, ты меня удивил! Столько новостей сразу важных! – Он похлопал Тарана по плечу.
– Я боялся, что меня посчитают чокнутым, если расскажу все это кому-нибудь.
– Это да. Если не тому начнешь рассказывать, быстро упекут.
Когда самолет сел на военном аэродроме под Санкт-Петербургом, в городе темнело. У трапа ждала машина. Глеб послушно сел на заднее сиденье длинного «мерседеса». Владимир объяснил, что, возможно, ему нужно будет переговорить с некоторыми очень важными людьми. Это если у них появятся к нему дополнительные вопросы. Девятов нисколько не сомневался, что вопросы обязательно появятся.
Пока машина мчалась по улицам города, Глеб устало откинул голову на сиденье и смотрел на красиво подсвеченные здания. В Питере он был впервые. «Вот бы Лене показать всю эту красоту!» – мелькнула у него мысль. И на душе вдруг стало совсем грустно. Как-то приуныл.
Через сорок минут машина подъехала к старинному дому на Фонтанке. Девятов тут же исчез, а Глебу было приказано следовать за мужчиной в форме капитана. Он проводил Глеба в большой кабинет с наглухо завешанными окнами. В комнате никого не было. Глеб уселся на старинный кожаный диван и глубоко вздохнул.
– Все идет так, как надо, – услышал он знакомый голос. – Не переживай.
– Да, я помню, все всегда идет только так, как должно идти. Это высшая справедливость. Ты все это время была рядом?
– Да.
– Что мне теперь делать?
– Ты можешь довериться этим людям. У них чистые помыслы. Да и известно им больше, чем тебе. Я – с тобой, но буду молчать, чтобы тебя не выставлять дураком. Понял?
– Да.
– Если спросят про меня, то скажи, что сейчас нет меня рядом.
– Договорились.
Дверь отворилась, и на пороге показался высокий мужчина, постриженный под ежика. Он был одет в штатское, но повадки сразу выдавали человека служивого. Он обвел комнату взглядом и с удивлением посмотрел на Глеба. Видимо, слышал, что Таран с кем-то разговаривал.
– Майор ФСБ Максим Трухин, – представился он. – Глеб Таран, верно?
– Так точно, – с готовностью ответил Глеб.
– Послушай, сейчас несколько очень серьезных людей хотят поговорить с тобой. Это настолько серьезные люди, что никто не знает их в лицо. И ты знать не должен. Зайдешь, ответишь на вопросы и забудешь их всех, и о чем говорили – тоже забудешь. Идет?
– Я понял.
