Он не мог полостью доверять Доззу. Ведь тот был Кьема, врагом Героев Шести Цветов. Но, чтобы спасти Нашетанию, ему придется сотрудничать с ним.
Он не сомневался в том, что Нашетанию поймали, что она в опасности. Его шлем иначе бы не активировался.
Голдоф вспомнил, как ему выдали шлем. Нашетания выдала. Может, и шлем был частью ее плана.
Но Голдоф продолжал бежать. Нашетания могла быть в опасности. А потому ему приходилось спешить ей на выручку. Даже если это была ловушка.
На бегу он оглянулся.
«Интересно, что делают Адлет и остальные. Надеюсь, они пересекают долину, а не гонятся за мной».
Он позволил бы только себя завести в ловушку.
Деревьев становилось все меньше. Земля под его ногами стала темно-серыми камнями, растения виднелись все реже. Голдоф ступил на пояс лавы.
Глава пятая
Битва за битвой
Голдоф и Доззу шли по поясу лавы дальше. Пейзаж был скудным, но им приходилось идти осторожно, чтобы не столкнуться с засадой. Но они все равно бежали дальше.
По пути они сталкивались с множеством Кьема. И Голдоф убивал каждого и вспарывал ему живот, разыскивая Нашетанию.
— Ты не найдешь ее, потому что она не здесь, — сказал Доззу.
Голдоф тоже это понимал. И все же он вспарывал животы Кьема.
— Скажи лучше, как вообще ты услышал Нашетанию?
— Я и не слышал слов. Принцесса не могла говорить, — сказал Голдоф и коснулся рукой шлема. Он мог слышать только звон, подтверждающий, что Нашетания в опасности.
Голдоф рассказал Доззу все, что узнал с помощью Шлема Правды. Кьема нахмурился, услышав, что Нашетания в желудке. Было сложно понять, в каком именно Кьема она находится. Она этого не уточнила, потому найти ее было почти невозможно.
Голдоф и Доззу двигались дальше. Они взобрались на каменистый холм и увидели другой, что был выше, но приплюснутой формы.
— Вот. Нашетания должна быть где-то здесь.
Они поскорее добрались до подножия холма и взобрались на вершину. В центре оказалась впадина, посреди которой лежало множество тел Кьема. Они не двигались. Похоже, Тгуней уже забрал Нашетанию отсюда.
— Это твои подчиненные? — спросил Голдоф.
Пока они спускались во впадину, Доззу шел рядом с ним и говорил:
— Они были смелыми. Если я умру, не отомстив за них, то не найду покоя, — он опустил голову, почти касаясь носом земли. Он принюхался со слышным фырканьем.
— Подождешь? Я поищу, куда отправилась Нашетания.
Голдоф кивнул. Он оглядывал окрестности на признак чего-то подозрительного. Но он ничего такого не видел. Снова и снова он взывал через шлем к Нашетании, но ответа не было. Он сдерживал панику, ожидая, что Доззу что-нибудь найдет.
— Ясно. Не могу уловить запах Нашетании, но понимаю, куда пошел Тгуней и его пешки. Они отправились на юг. Среди них, похоже, и Тгуней.
— Понял. Поспешим, — сказал Голдоф и побежал, Доззу следовал за ним. — Тгуней идет на юг, но зачем?
— Он убьет Нашетанию. Он не может убить ее сам, но может передать ее кому-то из приспешников Каргикка, а они уже убьют ее.
— Есть другие варианты?
— Он может оставить ее в заложниках и угрожать тебе. Думаю, это все.
— …Ясно.
Голдоф размышлял над этим, пока взбирался по склону, цепляясь руками и ногами. Доззу говорил правду? Нашетания точно в опасности?
Голдоф не мог остановиться в любом случае. Нашетанию могут убить. Если была такая возможность, значит, он должен идти ее спасать. Если все это ловушка, ему придется вырваться из нее.
Голдоф и Доззу шли еще пятнадцать минут. Вдруг Доззу принюхался и повернул голову.
— В чем дело?
— Странно. Кьема двигаются очень медленно. Если Тгуней собирается отдать Нашетанию приспешникам Каргикка, он должен спешить.
— Но как это?
— Не знаю. Но если мы поспешим, то догоним Тгунея.
Доззу бежал, покачивая головой. Взобравшись на очередной холм, они смогли увидеть пространство вокруг. Но открывшийся вид поразил Голдофа. Там было около пятидесяти Кьема, готовых напасть. Они явно ждали Голдофа и Доззу.
Но Голдофа не удивляло их количество. Его поразило, что среди них стояла Нашетания. Они игралась рапирой, сидя на спине Кьема-ящерицы. У нее была другая броня, но это точно была Нашетания.
— Принцесса! — крикнул Голдоф.
Нашетания безмолвно направила рапиру на Голдофа, и все Кьема бросились в его сторону.