Нурден помедлил, потом снова подозвал писца и начал считать.
— Примерно тринадцать с половиной процентов, моя госпожа, — поправляя очки, подытожил он наконец.
— Вы включили в расчеты тех, кто умер? — нахмурилась Вин.
— Вообще-то, нет.
— А общее число вы использовали? Общее количество людей в армии или общее количество тех, кто раньше не был в тумане?
— Первое.
— А по второму варианту вы что-то рассчитывали?
— Да, моя госпожа. Императору требовался аккуратный расчет, чтобы знать, сколько солдат окажется под воздействием тумана.
— Используйте эту цифру. — Вин посмотрела на Эленда.
Тот явно заинтересовался.
— В чем дело, Вин? — спросил он, пока Нурден с помощниками считали.
— Я… точно не знаю, — призналась Вин.
— Цифры важны для общих выводов. Но я не понимаю, как… — Эленд смолк, заметив, что Нурден склонился над подсчетами и что-то неразборчиво пробормотал.
— Что? — дернулась Вин.
— Прошу прощения, моя госпожа. Я просто слегка удивлен. У нас вышла точная цифра: количество заболевших солдат составляет ровно шестнадцать процентов. И ни человеком больше.
— Совпадение, Нурден, — покачал головой Эленд. — Такие точные результаты не редкость на самом-то деле.
Порыв ветра осыпал палубу пеплом.
— Да, — подтвердил Нурден. — Вы, несомненно, правы, ваше величество. Это просто совпадение.
— Проверьте свои журналы, — потребовала Вин. — Определите, сколько процентов людей заболели в других случаях.
— Вин, — вмешался Эленд. — Я не очень разбираюсь в статистике, но с цифрами работал не раз. Иногда естественные явления выглядят странно, будучи представленными в виде статистики, но она на самом деле лишь кажется чем-то хаотическим. Точные результаты смотрятся непривычно, однако это просто одно из свойств статистики.
— Шестнадцать, — поднял голову Нурден. — Снова точная цифра.
Эленд нахмурился и подошел ближе к журналу.
— Вот эта цифра не круглая, — начал пояснять Нурден, — но лишь потому, что первоначальное число не является кратным двадцати пяти. Часть человека ведь не может заболеть. Но если бы в этой группе было на одного человека больше, то количество заболевших составляло бы ровно шестнадцать процентов.
Позабыв про пепел, успевший засыпать палубу с того момента, как ее в последний раз подметали, Эленд опустился на колени. Вин заглянула ему через плечо, просматривая цифры.
— Не имеет значения средний возраст населения, — сказал Нурден, записывая свои расчеты. — Не имеет значения, где живут эти люди. В каждом случае заболевших было ровно шестнадцать процентов.
— Как же мы не заметили этого раньше? — удивился Эленд.
— Ну, в каком-то смысле мы заметили, — возразил Нурден. — Мы же знали, что примерно четыре человека из двадцати пяти заболевают. Однако я не понимаю, почему цифры столь точны. Это и впрямь крайне странно, ваше величество. Не припоминаю другого недуга, который бы… Посмотрите, вот данные об отряде из ста разведчиков, которых послали в туман: заболели ровно шестнадцать!
Эленд выглядел обеспокоенным.
— Что? — спросила Вин.
— Это неправильно, — сказал он. — Очень неправильно.
— Обычный статистический хаос нарушен, — подтвердил Нурден. — Не должно быть таких точных цифр: должна существовать кривая вероятностей, и в маленьких группах людей ожидаемые результаты должны быть наименее точными.
— В самом крайнем случае, — продолжал рассуждать Эленд, — болезнь должна по-разному воздействовать на пожилых и на здоровых.
— Отчасти так оно и есть, — кивнул Нурден, принимая от помощника новый лист с расчетами. — Смерти происходят именно так, как мы и ожидали. Но общее количество заболевших всегда составляет шестнадцать процентов! Мы так много внимания уделяли тем, кто умер, что не заметили, каким неестественным было количество заболевших.
— Проверь это, Нурден, — поднявшись, Эленд взмахом руки указал на журнал. — Опроси людей, убедись, что Разрушитель не исправляет цифры, и узнай, сохраняется ли эта закономерность. Мы не можем делать выводы по четырем-пяти примерам. Все это может оказаться одним громадным совпадением.
— Да, ваше величество. — Нурден выглядел слегка потрясенным. — Но… если это не совпадение? Что это означает?
— Не знаю, — признался Эленд.
«Это означает, что существуют последствия, — подумала Вин. — Существуют законы, о которых мы можем только догадываться.
Шестнадцать процентов. Почему шестнадцать?»
