— Пора. Звони отцу.
Я врезала кулаком ему по груди. Я не знала, как мне себя с ним вести. За кого он меня принимает? Как он меня воспринимает? И я, идиотка, позволила ему… себе… Он же издевается надо мной!
Саша тем временем встал, сходил в прихожую и вернулся с аппаратом на длинном шнуре, поставил его передо мной и кивнул. Сам опустился в кресло напротив.
— На мобильный, — подсказал только.
— Обойдусь без твоих подсказок.
Правда, я не стала объяснять, что нового домашнего номера отца не знаю — только сотовый и рабочие.
— Кстати, а что я должна ему сказать? — уточнила я, в глубине души надеясь, что Саша предложит мне сегодня остаться у него.
— Что ты у меня в гостях.
— И?
— Просто скажешь, что ты у меня в гостях. Думаю, этого будет достаточно. — Саша издал смешок.
Ну и что тут веселого?
В общем, я позвонила.
— Что еще, Ксения? — рявкнул папа. Он был явно недоволен и не рад меня слышать. — Мне сейчас очень некогда. Перезвони завтра. Лучше послезавтра.
Может, лучше вообще больше никогда не звонить? — хотелось спросить мне, но тут подал голос Саша:
— Она у меня, Владик.
На другом конце повисло молчание.
— Ты не ошибся, Колобок, — невозмутимо продолжал Саша. — В гости заедешь? Приглашаю. — А потом другим тоном добавил: — Давай быстро ноги в руки и ко мне. А то дочка тебя уже заждалась.
И продиктовал адрес. Я на всякий случай запомнила.
Папа приехал через двадцать минут, на протяжении которых мы с Сашей перекинулись лишь парой слов. Я не знала, чего ждать от появления отца. И как он воспримет то, что я оказалась здесь… Ведь дядя Леня, наверное, завтра, то есть уже сегодня, ему все расскажет. Надо бы поговорить с ним, мелькнула мысль. И предупредить. Хотя о чем? Нет, дядю Леню я вообще упоминать не буду. Не хочется его подставлять — сама дура, что поддалась этому змею-искусителю.
И что, в самом деле, меня ждет? Ну, наорет папа. Так поорет и перестанет. Я уже совершеннолетняя. Мне девятнадцать. Могу ехать к кому угодно и разрешения у родителей не спрашивать. Они вообще радоваться должны, что я такая положительная, о них беспокоюсь и предупреждаю, если задерживаюсь.
Я приободрилась.
Но что от отца хочет Саша? Что-то ужасное? Но ведь он не сможет удержать меня здесь силой? Папа у меня не промах. И, кстати, у него есть разрешение на ношение оружия. И пистолет всегда при себе. А у Саши пистолета нет. По крайней мере, на нем. Я бы почувствовала. Так ведь и я не буду сидеть, сложа руки. Мы с папой вырвемся, решила я и окончательно успокоилась. Ну, не совсем окончательно, но успокоилась.
Наконец раздался долгожданный звонок в дверь, Саша пошел открывать, я осталась на диванчике.
— Где она? — послышался из прихожей папин крик, и он ринулся в гостиную.
Застыл при виде меня, невозмутимо сидящей на диване. Потом почему-то посмотрел на лужу на ковре рядом с креслом, на котором сидел Саша.
— Что это? — спросил папа.
— Твоя дочь поливала меня джином, — хохотнул Саша. — Может, хотела, чтобы я подрос, как гриб? А вот этими подушками, — Саша кивнул на валявшиеся на ковре подушки, — она в меня кидалась. Плохо воспитываешь дочку, Владик. Как она ведет себя в гостях?
Папино лицо изменилось. Он сжал кулаки и повернулся к Саше:
— Да я тебя…
— Я спас ей жизнь, — невозмутимо ответил Саша. — Она сегодня была в клубе. Садись, — кивнул он на диванчик, на котором сидела я с отвисшей челюстью. — Не пора ли нам обсудить размеры моего вознаграждения?
Папа посмотрел на меня. С той же яростью, с которой только что смотрел на Сашу. И заорал. Я никогда не могла предположить, что мой папа, мой любимый папа, будет так на меня кричать…
Я сжалась, вообще страшно хотелось превратиться в какую-нибудь букашечку и заползти под диван. Чтобы не видеть его глаз, его искаженного лица… Я не понимала, почему именно сегодня я не должна была идти в клуб. Папа меня что, предупреждал? Он просто сказал, чтобы я договаривалась с дядей Леней. Я и договорилась.
— Почему ты вечно оказываешься не там, где надо?! Почему самая неприятная новость в моей жизни тоже связана с тобой?!
«Какая новость?» — успела подумать я, но тут его крик был прерван звонким шлепком. Вначале я не осознала, что произошло, потом, при виде краснеющей папиной щеки, я поняла, что Саша дал ему пощечину…
— Постыдись, — сказал Саша ровным холодным тоном. — Это твоя дочь.
Отец хотел схватить его за грудки, но хозяин квартиры ловко увернулся и каким-то неуловимым образом врезал моему отцу. По-моему, пяткой по груди. Я движения не отследила. Только увидела, словно в замедленной съемке, как папа отлетает через полкомнаты и врезается спиной в комод, сползает по нему…
Саша с самым невозмутимым видом сделал шаг к своему любимому креслу, опустился в него, взял со столика так и не допитый бокал, отхлебнул из него и перевел взгляд на моего отца, с трудом поднимающегося на ноги. Весь задор из него улетучился.
Я сидела ни жива ни мертва.
— Знаешь один из моих жизненных принципов, Ксения? — обратился ко мне хозяин квартиры.
Откуда ж я могла их знать?
