— Уроженец Кавказа, естественно, за осетина этого человека принять не может. Но для людей, для которых цвет бывает черный, белый и цветной, а национальностей в мире две — одна из них славянская, с человеческим лицом, а другая — это искаженные злобой лица кавказской национальности, такая ошибка допустима. Такое особенно часто встречается у тех, кто родился на Полесье после мелиорации. В любом случае о существовании осетин они не знают, и знать не хотят.
— Офелия, куколка, их бин шокирен! Если кому-то не нравиться в тебе национальность или чтобы то ни было еще, то не надо расстраиваться. Просто познакомь его со мной. Неужели я раньше тебе этого не объяснял?
— И что ты ему сделаешь?
— Я переобую его в светлую не дорогую обувь.
— Ноготь, ты бы хотя бы в присутствии пожилого следователя воздержался от такого рода острот.
— Офелия, я не думаю, что ваш супруг шутит, в федеральном розыске он находится как раз по поводу нанесения тяжких телесных повреждений. Но вернемся к нашим осетинам. Так вы считаете, что к уроженцам Кавказа этот человек не имеет отношения?
— Конечно, хотя он знает несколько слов по-осетински.
— Это вы тоже увидели на фотографии?
— Я знакома с этим человеком. Он перекупил у Аркадия Статуэтку. Работала в «Уникуме» одна гадость по имени Лена…
— Офелия, а почему вы называете ее гадостью?
— А она меня за человека не считала, называла зверюшкой. Для нее человек, если у него волосы черные — это человекообразное животное. О мусульманских женщинах она отзывалась следующим образом: «Их не выпускают без мешка на голове на улицу, чтобы ишаков не пугать. Да и отважные воины Аллаха сами тоже не шибко в восторге от своих красоток. За последнюю белую блядешку весь свой аул отдадут. А если такой возможности нет, то занимаются эксгибиционизм в особо больших размерах». Меня она не по имени называла, а исключительно «Саксауловна». А однажды, в присутствии клиентов, она сказала: «Вы не чувствуете — пахнуло говном? Пардон — ты, с написанной на роже чувственностью, в подол не сморкаться! Тут тебе не горы!»
— Я ей ответила: «А кто хочет большого и чистого, пусть яйца слону помоет». Но потом меня такое зло взяло, что я ее побила.
— А что, кличка «Саксауловна» прилипла?
— Даже Ноготь меня иногда так называет.
— А ты действительно высморкалась в подол, дорогая? Если это повториться, то ты получишь ремня, не глядя на права ребенка.
— Ноготь, не надо делиться со мной своими эротическими сновидениями. Если хотите мне что-то сообщить, то это должны быть исключительно факты, а не грезы и домыслы. Но мы отвлеклись. И почему вы ее вновь не избили, Офелия?
— Аркадий вызвал меня на профилактическую беседу и сказал, что если я еще раз изобью Статуэтку, то он прикажет охранником избить меня.
— Это правильно. Не надо переводить человеческую трагедию в политическую плоскость. Хотя и вас, Офелия, она оскорбляла, конечно, напрасно. Нельзя человека наказывать за то, что от него не зависит, тем более что поведение природы достаточно трудно предугадать. А у этой Лены были подружки? С кем из работников «Уникума» она общалась?
— У нас работала одна девушка по имени Ира, которая сделала себе операцию по увеличению груди. И еще у Статуэтки были хорошие отношения с одним охранником. Он даже помогал ее матери уехать из Узбекистана. Но Иру кто-то выкупил у Аркадия. Не помню кто, давно это было. Впрочем, потом и эту Лену у Аркадия выкупили.
— Осетин?
— Ну да. Сначала осетин предложил Лене уехать с ней по хорошему, но она не согласилась. Статуэтка эта вообще упрямая иногда была, как осел. Тогда осетин с Аркадием все это и провернули.
— Что?
— У Статуэтки в это время с деньгами было плохо, матери квартиру купила, наркотики больших денег требовали, всякими помоями она не пользовалась, а хороший героин денег стоит. Ну, Аркадий ей работу и перестал давать. В результате у Статуэтки деньги на наркоту закончились, она своему поставщику наркотиков задолжала. А к поставщику Толик обратился, попросил эту девочку поприжать. Поставщик неосторожно послал Толика по матушке. Толик обратился к Хомяку и Ногтю в дальнейшем ставшим моим супругом. Последние отвезли бравого продавца героина в Боткинскую больницу и организовали ему месяц лечения в отделении травматологии. Перед самой госпитализацией продавец наркотиков, по настоятельной просьбе Ногтя, позвонил Статуэтке и потребовал вернуть долг. Проводив поставщика наркотиков до приемного покоя, Хомяк и Ноготь приехали к Статуэтке, напугали ее до полусмерти и потребовали, чтобы она отвезла порошок в Сков.
— Ваш рассказ, Офелия, любопытен, но если честно, в нем мало нового. А вот ваш супруг наверняка заждался моих вопросов. Я не ошибся, Ноготь?
— От пожилого следователя я, честно сказать, ожидал большей живости мышления. Но, как видно, не зря Аптекарь говорил, что вас можно использовать в темную, как работа.
— И он использовал меня по темному в историей с этой девушкой, как я понимаю?
