— Никак. Поэтому придётся всех забить, содрать шкуры и вырезать парочку желёз. Это даст нам всего пятнадцать-двадцать крон с туши, но учитывая общее количество — тоже неплохо, — пояснил д'мон, протягивая орку запасной шейный платок. — С учётом золотых жил и этого… как его…
— Хромита, — подсказал Святогор, алчно поглядывая в сторону вожделенной руды.
— Его самого, — кивнул Шах. — Даже при самых скромных раскладах, мы не только расплатимся с тобой, но и даже кое-что заработаем. Даже не знаю, это просто удача или нам стоит всегда брать тебя с собой.
— Не надо меня брать, — глухо пробурчал Морган из-под платка. — Я не по этой части.
— Так ты не пробовал небось, — лукаво подмигнул д'мон, заставив Мэгана позеленеть, а Святогора закашляться.
— А я тебе говорила, мужики в любой ситуации думают о сексе, — громким шёпотом сообщила Вельга подруге. — Даже в тёмной пещере, наполненной дерьмом.
— Неправда! Я сейчас о сексе совершенно не думал! — возмутился Гвен.
— В смысле «не думал»? Ты же о нём сейчас говоришь, — с ехидной ухмылкой подсказала лучница.
— Так я не в том контексте!
— А в каком контексте?
— Я… Блин! Ты же первая начала!
— Так! Отставить разговорчики! — негромко, но весомо прервал перепалку Шах, моментально обрывая весь шутовской настрой. — Напрягли уши и мозг, у кого он есть, и слушаем сюда. Как только мы начнём глушить личинок, из нор попрут трипеты. То же самое случиться, когда начнём добычу руды. Поэтому мочить, копать и отбиваться придётся одновременно. План такой: Вель, на тебе правая нора, Мира страхует. Морган, на тебе левая, Гвен страхует. Мы со Святом сначала разбираемся с личинками, потом копаем. Кстати, Свят, отдай Гвену копьё — оно тебе не понадобиться. Гарик, ты контролируешь нору, из которой мы вылезли. Вряд ли оттуда полезут, но если что — гавкни три раза.
Смерив командира укоризненным взглядом, зверолюд согласно кивнул.
— А почему это Морган держит, а я страхую? — возмутилась Мира.
— Научишься с такой скоростью заклинаниями пуляться, будешь держать, — отрезал д'мон. — А пока страхуй. Ещё вопросы?
Вопросов больше не было. Даже своё копье Святогор отдал Гвену без лишних слов, сменив оружие на клевец. После чего Неудачники быстро разошлись по позициям, приготовившись в бою. Заподозрив неладное, личинки ещё плотнее сбились в кучу, продолжая щёлкать, скрежетать, хлюпать и вздрагивать, изображая отвратительную на вид пародию на желе. Клевцы взлетели в воздух, чтобы затем с громким хрустом опуститься на головы детишек трипетов и…
Ничего не случилось. Не задрожала земля, не полезли из нор реки разгневанных жуков, не разверзлись врата ада. Лишь только резкий запах жучиных феромонов разнёсся по пещере, забивая вонь разлагающейся пищи и экскрементов.
Тем временем боевые молоты продолжали свою работу, сокрушая одну голову за другой. Две, четыре, шесть, восемь… И тут дело застопорилось. Туши убитых личинок создали настоящую баррикаду, не позволяя воинам добраться до ещё живых товарок. Пришлось отложить оружие и оттаскивать их в сторону, чтобы вскоре повторить цикл заново.
Несмотря на трудности, Свят и Шах истребили почти всё стадо, прежде чем в пещере появились его защитники. Произошло это настолько неожиданно, что Морган самым позорным образом прозевал этот момент. Вот он в очередной раз скользнул взглядом по своей левой норе, вновь переключившись на пыхтящих и ругающихся воинов. А в следующий момент из этой норы уже торчат две лапищи, заканчивающиеся здоровенными хитиновыми саблями.
Положение спас Гвендалин. Скользнув мимо замершего от неожиданности орка, он с размаху вогнал копьё аккурат между щелкающих жвал трипета-воина, который успел на треть вылезти из норы. Упёршись ногами в каменный пол, эльф несколько секунд удерживал гигантского насекомого, пока спохватившийся маг не зарядил ему в башку своё новое коронное заклинание. А потом ещё разок, для верности. Перестав подавать признаки жизни, трипет осел, заблокировав нору своей тушей.
Благодарно кивнув Гвену, Морган тайком покосился направо. И с неудовольствием понял, что девушки его переиграли по всем статьям. Не успел трипет в правой норе показать свою голову, как уже получил в голову стрелу, зачарованную на урон молнией. А пока бедолага бился в судорогах, Мирабель хорошенько прожарила его волшебным огнемётом, добавив к стоящей в пещере вони непередаваемые запахи сгоревшей органики.
Мысленно обругав себя нехорошими словами, орк выставил вперёд жезл и, подвесив заклинание, принялся ждать. Ждать пришлось недолго — через несколько секунд туша трипета в левой норе дёрнулась и вновь полезла наружу. За что тут же получила очередную волшебную пулю, которая с хрустом пробила хитин надкрылий и ушла глубоко в тело. Этот факт Мэгана чрезвычайно обрадовал — не зря он столько возился с заклинанием, переделывая каменную пулю в металлическую. Теоретически, это должен был быть карбид вольфрама, но без лабораторного анализа сказать что-то было сложно…
