"Гяур" - поэма, в которой рассказывается о трагической любви молодого гяура(так мусульмане называли всех иноверцев) и его жестокой мести за смерть любимой.
Д.Г. Байрон. Г Я У Р
Перевёл Василий Бетаки (1960 г.)
Спокойно море. Ветра нет.
Ладьям далёким шлет привет
Утёс гранитный. А на нём
Спит вождь афинский вечным сном.
Когда-то спас он край родной...
Родится ль вновь такой герой
Блаженный край! Весь год весна
Бессменно тут царит одна -
На островах ,что там вдали
Видны с аттической земли
Уединенной жизни дни
В блаженство превратят они:
Вершины гор отражены
В кристалле синей глубины,
В плену смеющейся волны.
3емкой эдем, чудесный край,
Где всё в цвету, где вечный май!
И если легкий бриз порой
Порхнет над синевой морской,
То аромат цветов с собой
Он принесет издалека.
Летит на крыльях ветерка
Дыханье розовых садов,
Привет царицы соловьев,
Ей сотни песен соловей
Поёт, и каждая - о ней!
И пенью соловья внимая,
Краснеет роза молодая.
Садов царице, розе роз
Не страшен ветер и мороз.
Зимы не зная, круглый год
Она красуется, цветет.
И неба, райский аромат
Она вернет ему стократ,
А небо улыбнется ей,
Цветущей с каждым днём пышней,
Так много разных здесь цветов,
Манит влюбленных тень садов,
Но много и пещер глухих -
Приют разбойников морских
Чьи лодки скрыты средь камней
От проходящих кораблей,
Пока гитара моряка
Не зазвенит издалека.
Но лишь вечерняя звезда
Зажжётся на небе - тогда,
Плывут пираты в мрак ночной,
Подобны теням под скалой,
Закутав вёсла. Вдруг толпой
Напали - смолк гитары звон,
и песня превратилась в стон.
Как странно: этот край таков,
Что быть жилищем для богов
Его удел: здесь жизнь светла
Но человек, что кроме зла
Не любит в мире ничего,
Все губит: под ногой его,
Как под копытами скота
Природы гибнет красота.
Весь этот дивный край цветет
Без человеческих забот,
Все здесь природа отдаёт,
И просит лишь о том людей,
Чтоб только не мешали ей!
Как странно - мирный край, и он
Людским безумьем омрачен,
Он край разбоя и страстей,
Кипящих в гордости своей,
Так, словно натиск тёмных сил
Строй серафимов сокрушил,,
И адской злобой ослеплён,
Сел дьявол на небесный трон!
Так вечной радости страна
Тиранами разорена!
Тот, кто над мертвецом склонясь,
Увидел смерти первый час,
Последний час трудов и бед,
Когда подходит мрак, и нет
Дыханья жизни,(в те мгновенья,
Пока не властно разложенье,
Пока ещё его персты
с лица не стерли красоты,)
Кто видел ангельский покой,
И взгляд, что замутнен тоской,
Кто смерть в лицо увидел, тот
Душою дрогнувшей поймет,
Что мертвого прекрасен лик
Лишь потому, что в этот миг
Тирану неподвластен он,
Но смерть еще не смерть - а сон
Да, так невозмутимы покой
На мертвом облике, такой
Весь этот берег, такова
Вся Греция: она - мертва!
Так холодна, и так она
Последней красотой полна:
Огонь в душе едва угас,
Но как прекрасен этот час!
Ещё последний луч горит
Над скалами... Ужасный вид:
Сверкая, мрачный ореол
Вокруг надгробия расцвел,
Но вот затух последний блеск,
И луч сознания исчез,
И только искра, павшая с небес,
Над той землей, которую хранила,
Мерцает, но согреть ее не в силах!
Край подвигов, навек живых,!
Весь от полей до гор седых
Надгробие свобод былых!
Могучих повергал ты в страх,
А что осталось? Только прах!
Эй. жалкий раб! Ты позабыл
О грозной славе Фермопил,
А этот берег? чем он был?
И ты, свободы рабский сын,
Забыл, что это - Саламин?!
Так сделай память давних дней
Живою славою своей,
В душе, а не в золе храни
Отваги дедовской огни!
Да, ты и себе их разожжёшь,
И деспотов охватит дрожь,
Восстань! И жизнь отдай в бою,
Надежду завещай свою
Потомкам, пусть на смерть идут,
Иначе - от стыда умрут!
Был за свободу поднят меч,
И тот, кому в сраженье лечь
Пришлось, кто кровью истекал -
Борьбу потомкам завещал,
И как бы не была трудна,
Победой кончится она!
О, Греция! Свидетель в том
Один твой день! И этим днем
Бессмертье заслужила ты!
А все цари, что с высоты
Во мрак забвения судьбой
Низвергнуты? Лишь прах седой
Потомкам вечность сохранит
Во мгле безвестных пирамид.
Всеобщим роком пощажен
Лишь твой герой: воздвигнул он
Столп вечной славы над собой,
Столп выше гор земли родной:
В бессмертных песнях старины
Для нас живут твои сыны!
Как проследитъ за шагом
Твоё паденье? Ведь не враг
Тебя сломил, а ты сама,
Под ставив шею для ярма
Унизила свой дух навек.
Так раболепный человек
Рад цепи на себе замкнуть,
Тирану открывая путь.
А те, кто ходит в эти дни
Рабами по земле своей,
Что смогут рассказать они
О славе легендарных дней?
Нет больше среди них людей,
Достойных родины своей!
Где души пламенные их,
Что звали из долин твоих
На подвиги бойцов?
От колыбелей до могил
Они без чести и без сил
Ползут, рабы рабов.
Любой порок и грех людской
Владеют низменной душой,
Нет больше доблести в сердцах,
Нет человечности в глазах,
Одним прославился в наш век
Торгаш коварный, - хитрый грек:
Лишь древней ловкостью своей
Известен он среди людей,
И к голосу свободы глух
Его забитый, рабский дух.
Ярмо ему не враг, а друг
О нём жалеть не стану я.
Вот повесть мрачная моя,
И первый, кто её слыхал,
Не зря, поверьте мне, рыдал.
Вдали темнеет синь морская.
И тень, с прибрежных скал сползая.
Растет, пугает рыбака.
И кажется издалека
Что лодку там укрыл пират.
Рыбак поворотил назад,
И хоть уловом отягчен,
Н весла налегает он,
Пока далекий Порт Леон
Огней слепящие лучи
В восточной расплеснёт ночи.
Чей чёрный конь летит как гром,
И эхо гулкое кругом
То стуком кованых копыт
