Мощнейший удар цунами порвал главные артерии столицы и хлестнул по самому ее сердцу. Цунами, пройдя над дамбой и смыв защитные песчаные наносы, огромной волной жидкой грязи обрушилось на равнинный район, протянувшийся вдоль побережья, превратило в груды развалин Хосю-Токийскую, первую и вторую Синагавские, Кавасакийскую, Содаскую, Цурумискую теплоэлектростанции, нефтегазоперерабатывающие, кораблестроительные, сталелитейные заводы, причалы, склады, аэродромы, шоссе, железнодорожные пути. До аэропорта Ханэда волна докатилась тогда, когда там уже начались пожары, слизнула взлетные дорожки, ангары и повредила множество наземных сооружений. В аэропорту в это время тоже были часы пик, садились и взлетали самолеты внутренних линий, в залах скопились толпы отъезжающих. Мгновенно были разрушены хайвеи, монорельсовая дорога и мосты, соединявшие аэропорт с внешним миром. А тут еще начался пожар на соседнем нефтеперерабатывающем заводе, цунами расплескало горящую нефть, и хранилища горючего оказались под угрозой. К счастью, недавно открытый аэропорт Нарита пострадал сравнительно мало, и туда удалось направить часть прибывающих самолетов. Международным лайнерам пришлось повернуть на Осаку или лечь на обратный курс и вернуться в Сеул, Тайбэй, Манилу и Гонконг.
«Есино», развернувшийся у острова Идзу на 180ь и взявший курс на Токийский залив, в одиннадцать часов вечера шел водным путем Урага. Когда судно огибало полуостров Миура, вдали уже можно было видеть пожары, полыхавшие на побережье Сагами и Урага. Вскоре ветер донес совершенно необычный и непонятный запах. После мыса Каппо редкие капли дождя превратились в ливень, видимость резко ухудшилась. Но с мостика все же было видно, как затянутое мглой небо окрашивается на севере кровавым адским пламенем.
— Токио горит… — пробормотал Катаока, стоявший рядом с Онодэрой на капитанском мостике. — И Кавасаки, и Тиба…
— Часа три назад, видно, прошло цунами, — сказал Онодэра, затягивая капюшон резинового плаща. — Сколько народу пострадало… Страшно подумать… Ведь время как раз было предвечернее…
«Есино» уменьшил скорость до семи-восьми узлов. Вдали за дождевой завесой завыла сирена. Взвился багровый столб огня, от страшного грохота заложило уши. Что-то взорвалось — то ли хранилище природного сжиженного газа, то ли газохранилища в Кавасаки или Иокогаме.
— Ну и вонь! — нахмурился Наката, втягивая в себя воздух. — Кажется, идем в Йокосука. Тут, видно, тоже одни обломки остались… Пожалуй, дальше идти опасно. Ядовитые газы, нефтяной пожар да и цунами все разворотило.
Темная поверхность воды стала еще темнее от плывших по ней предметов. Они появились как-то сразу. Ящики, татами, железные бочки, доски, обломки… И, кажется, трупы…
— Впереди по левому борту что-то движется! — закричал вахтенный на носу корабля.
Натужно загудел двигатель, «Есино» взял вправо. В свете прожектора мелькнула черная громада — огромное наполовину затонувшее судно.
Сквозь мрак и дождь донесся едва слышный крик.
— Впереди по правому борту человек! — вновь крикнул вахтенный.
— Полный назад! — негромко приказал капитан штурвальному и включил внутренний телефон. — Спустить спасательную лодку с правого борта. Подобрать человека!
Повернулся прожектор, осветив море с правой стороны. Блестели только струи дождя, бьющие по мутной воде. Больше ничего не было видно. Раздался шум спускаемой лодки.
— Впереди, по-видимому, много дрейфующих кораблей, — сказал навигатор, наблюдавший за радаром. — Верно, рыбачьи шхуны и плоскодонки, пострадавшие от цунами… Скоро пройдем мимо второго морского порта.
— Спасательная лодка возвращается… — крикнул с мостика матрос.
— Ну как? Нашли? — спросил кто-то с палубы.
— Нашли… — ответили с лодки. — Но… он не в своем уме…
— Профессор Тадокоро… — Онодэра обернулся к профессору, который с непокрытой головой, без плаща угрюмо стоял рядом. — Наверно, сильно пострадали районы Кэйхин и Кэйе[8]… А прибрежного района Токио, кажется… вообще больше не существует…
— Цветочки… — пробормотал профессор; по его заросшему щетиной лицу стекал дождь. — Это еще только цветочки…
— Что там с нашими?.. — уронил Катаока. — В нашей конторе…
— Да, на самом деле? Как там Ямадзаки и Ясукава? — тихо проговорил Юкинага. — Удалось ли им спастись?..
Мрачная дождливая ночь, ночь разрушения, пожаров и цунами кончилась. Ливень немного смыл грязь, и обнажились страшные останки столицы. Пожары в прибрежном районе все еще продолжались, густо-черный дым, словно гигантский дракон, стелился низко над морем.
