Он встал и побрел, дрожа под дождем.
— Холод-то какой, — бормотал Ясукава. — Страшный холод…
Прислонившись к стене какого-то здания, он заплакал.
— Вы ранены? — спросил совсем рядом молодой женский голос. Вспыхнул огонек зажигалки. — Вам далеко до дому?
— Да вот не знаю, — сказал Ясукава. — Я плохо себя чувствую.
— На проспект Аояма прибыл спасательный отряд, — огонь зажигалки погас, голос стал удаляться. — Идите туда, там вам помогут…
Ясукава вспомнил об этом, когда вновь пришел в себя. Уже светало. Чувствовал он себя отвратительно. Проспект Аояма… — мелькнуло в сознании. Он поднялся и пошел… А что там на проспекте Аояма?..
По проспекту он добрел до Акасаки, но никак не мог понять, где находится. Улицы Хитоцуки-дори больше не существовало — она сгорела дотла. У входа в подземку лежали трупы. Но эта кошмарная картина казалась ему лишь грустной и непонятной. Что тут?.. Почему он здесь очутился?.. Куда теперь идти?
И потом… сам-то он кто?
На секунду он остановился, но тут же неверной походкой поплелся дальше.
— Ну и ладно… ну и хорошо… — бормотал он. — Ничего я не хочу, ничего…
Уже на следующий день после землетрясения начались восстановительные работы. Но все, кто имел к ним непосредственное отношение, по мере выяснения размеров ущерба начали испытывать леденящий душу ужас.
Только в одном Токио насчитывалось полтора миллиона погибших и пропавших без вести. Сгорели, отравились ядовитыми газами в нижнем городе, погибли на транспорте и под руинами, растоптаны обезумевшей толпой… А вместе с темп, кто погиб в префектурах Тиба и Канагава и в восточной части Сидзуока, где особенно свирепствовало цунами, в префектурах Ибараги и Сайтама, число жертв перевалило за два с половиной миллиона. Таким образом, мгновенно погибло два и три десятых процента населения Японии.
Во время Великого землетрясения Канто в сентябре 1923 года население Токио составляло немногим более двух миллионов двухсот тысяч человек, из которых погибло сто тысяч. По сравнению с тем временем сейчас население столицы увеличилось примерно в пять раз, а плотность его в двадцати трех районах по сравнению с эпохой правления императора Тайсе была просто неправдоподобной. Особенно в районе Тиода, где плотность населения днем была в шесть раз больше, чем в ночные часы, и в Центральном районе — в четыре раза больше. Степень скопления автомобилей и сосредоточения горючих материалов тоже не шла ни в какое сравнение с двадцатыми годами. Районы Синдзюку, Икэбукуро и Сибуя, сравнительно мало пострадавшие при первом землетрясении Канто, на этот раз понесли большие потери от пожаров.
И ущерб от цунами был огромным. Во время первого землетрясения Канто положение облегчилось тем, что цунами совпало с отливом, и в результате землетрясения произошло поднятие почвы. Большой ущерб был нанесен только восточной части полуострова Идзу, городу Хакояма, северному побережью Идзу-Осима и оконечности полуострова Миура. На этот раз был прилив, дул южный ветер, да еще эпицентр землетрясения находился у самого Токийского залива. Цунами обрушилось прямо на Токийский залив. Координаты эпицентра — 130ь30’ восточной долготы и 34ь55’ северной широты, глубина — девяносто километров. Это место можно было соединить прямой линией с водным путем Урага. Эпицентр первого землетрясения Канто располагался в северо-западном углу залива Сагами, у острова Хацу, и цунами, возникшее в этом районе, отрезанном полуостровом Миура, не вторглось в Токийский залив.
Но на этот раз оно ударило прямой наводкой. Высвобожденная в море энергия на большой скорости вторглась через узкий вход в залив, и здесь, на относительно малой глубине, подняла волны высотой до пятнадцати метров.
