-- Я и мои двенадцать человек к твоим услугам! -- просто ответил солдат.
-- О великий, великий Мелькарт! -- воскликнул Сидон, поднимая к небу руки. -- Я вижу, ты никогда не обходишь своей милостью людей, вверивших свою участь свободным волнам, из которых ты, о божественный, родился!
-- А много ли людей у тебя? -- осведомился воин, только что предложивший свои услуги.
-- Десять человек, -- ответил Сидон. -- С той дюжиной, которую даешь мне ты, у нас набирается сила, вполне достаточная для того, чтобы попытаться вырвать из рук карфагенян нашего господина. Подождем, какие вести принесут нам гонцы. Да, кстати, Гако, далеко ты направляешься на своей триреме?
-- Плыву в Иберию, чтобы распродать свои запасы оружия и ваз.
-- Не уступишь ли ты мне одну из своих лодок, которая тебе в плавании по морю совершенно не нужна? А нам бы очень пригодилась, если придется вернуться в Карфаген.
-- Выбирай любую! -- ответил Гако. -- Я обязан тебе жизнью, и нет ничего, что я пожалел бы для тебя. Вся моя трирема к твоим услугам, если понадобится.
-- Нет, друг! -- возразил Сидон.-- Такой большой жертвы я не потребую от тебя. Простой шлюпки с меня будет вполне достаточно. Возвращайся на свой корабль и пришли сюда вместе с обещанной шлюпкой также и отряд этого воина.
Друзья распростились сердечнейшим образом, а минут через пятнадцать после того, как Гако отчалил от берега, на прибрежных дюнах уже высаживались рослые и дюжие нумидийцы, которые должны были пополнить маленький отряд старого гортатора.
Первая весть о Хираме пришла после полудня. Один из посланных Сидоном нумидийцев вернулся весь запыхавшийся и обливающийся потом.
-- Наш господин... жив! -- прохрипел он, едва переведя дух.
Дружный крик радости приветствовал это сообщение.
-- Жив,-- продолжал гонец,-- но, как мне передали, ранен.
-- Ну, эта беда не велика, -- весело ответил Сидон. -- Господин наш не такой человек, чтобы умереть от какой-то там раны. Но узнал ли ты, где находится Хирам?
-- Да. Он заключен в крепостную тюрьму. Рыбак, видевший раненого вблизи, описал мне его лицо и доспехи так подробно, что ошибка совершенно немыслима. Что же сталось с нашими товарищами, оставшимися на судне вместе с Хирамом, то об этом я ничего не знаю! -- ответил нумидиец, стирая пот со лба.
-- Так, значит, наш хозяин заключен в крепость! -- задумчиво сказал гортатор. -- Это делает нашу задачу очень сложной!
-- Не беспокойся! -- положил ему руку на плечо прибывший с Гако воин. -- На наше счастье, года два назад я служил как раз в этой крепости смотрителем и не только саму тюрьму знаю как свои пять пальцев, но имею некоторое представление и о потайных выходах из нее. Так что спасти Хирама мы сможем и небольшой ценой.
В этот момент из леса показался второй гонец, покрытый потом и пылью и напрягавший, по-видимому, последние силы, чтобы поскорее добежать до разговаривавших.
-- Хозяин жив! -- прокричал он еще издали.
Знаем! -- ответил Сидон. -- Ну, друзья, живо за работу. Как ни удачно складываются для нас обстоятельства, но дело все-таки будет очень сложное. Нужно приготовиться к нему как следует.
День прошел в приготовлениях к экспедиции на выручку Хирама. К ночи все было готово, и отряд поплыл вокруг острова, к полуразрушенной крепости. X НОЧНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ
- Стой! Впереди огонь!
Глухой возглас Сидона прозвучал в тот момент, когда его наполненная вооруженными людьми лодка уже входила в небольшую бухту, на берегу которой находился форт, в тюрьме которого держали раненого Хирама. Гребцы подняли весла, и лодка тотчас же замедлила ход.
-- Не может быть, чтобы нас здесь уже ждали! -- продолжал Сидон. -Однако почти нет сомнений, что замеченный нами огонь горит на корабле, и, по-видимому, довольно крупном.
-- Это, вероятно, тот самый корабль, который доставил сюда Хирама, -решил новый союзник Сидона, так неожиданно пришедший на помощь вместе с триремой Гако. -- Вперед! Если нам удастся выполнить задуманный план до рассвета, то этого судна нам нечего бояться. Бухта достаточно широка, и его можно свободно обойти.
Лодка снова медленно двинулась вперед, бесшумно рассекая сонные воды бухты. Прошло несколько томительных долгих минут, и она плавно уткнулась в мягкий песок берега.
В этот момент ночную тьму прорезал крик.
-- Слышал? -- с тревогой в голосе обратился Сидон к старому воину. -Что это?
Наверно, какая-то морская птица! -- ответил тот. -- Видишь, эти чайки снялись с берега, только завидев, что мы приближаемся. Если бы где-нибудь поблизости скрывался человек, они бы так спокойно не расположились на ночь.
Весь отряд, в том числе и Фульвия, осторожно высадился на берег и, миновав прибрежные дюны, подошел к группе пальм и агав, разбросанных в полном беспорядке у подножия довольно высокого холма и прикрывавших собой начинавшуюся в их тени линию крепостных укреплений.
-- Где тюрьма? -- спросил Сидон, нагоняя шедшего впереди соратника Хирама.
