С несдерживаемым волнением он выхватил из рук Крейтона конверт и разорвал его. Он вынул записку, но прежде, чем прочесть ее, посмотрел бумагу на свет. Затем он перешел к ее содержанию.
Крейтон был удивлен выражению лица Брея. Наконец, детектив протянул Крейтону лист оранжевой бумаги.
– Написано на специальной «гангстерской» бумаге, – с деланным спокойствием заметил Брей. – Прочтите.
Уважаемые инспектора (говорилось в письме),
Я оставляю вам это письмо через Салли, зная, что раньше или позже вы заподозрите меня, и оно попадет вам в руки. Салли, конечно, ничего об этом не знает.
Пожалуйста, простите мне театральность этого последнего жеста. Понимаете, он – последний, а человек может пожелать сделать последний момент своей жизни более драматичным. Не знаю, как вы нашли недостаток в нашей организации. Я предпочла бы не знать этого, чтобы не снизить мнение о себе! К счастью, граф фон Фаренберг, джентльмен даже в беде – он смог добраться сюда, чтобы предупредить меня. Какое-то время я рассматривала мысль о борьбе до конца. В конце концов, вы мало что можете предъявить мне, а документы, которые вы, вне сомнения, конфискуете, не принесут никакой пользы. Но все же есть что-то унизительное в том, чтобы преследоваться по закону и уходить от сторожевых псов в публичном суде, не так ли? Инспектор Брей, вы поймете, даже если инспектор Крейтон не поймет этого! Так вот вам:
Я, и только я застрелила Фэниса, убила Несса и придумала схему крушения Фэниса (а этим уже можно гордиться). Тем, что получилось с Несом, я не горжусь, так вышло из-за спешки. Я не знаю, сколько выболтал этот крысеныш. Версия убийства, когда я обвинила в нем миссис Энжевен, была одним из моих первоначальных планов убийства, но я отвергла ее как слишком рискованную.
Дорогие инспектора, я значительно облегчила вашу работу, так не сделаете ли кое-что для меня? Отпустите моего мужа, Томми. Он лишь делал то, что я распланировала. Передайте ему записку, прилагаемую к этому письму.
Лаура Вэнгард
(«Шеф»)
Теперь инспектор обратил внимание на маленький листок бумаги, вывалившийся из конверта. Он взял его со стола, прочел надпись и после короткого колебания, не разворачивая, протянул его Вэйну. Тот взглядом поблагодарил его.
Вэйн прочел письмо. Теперь он выглядел так, словно вот-вот заплачет, и его всегда мальчишеское лицо казалось совсем детским. Но в следующий момент он горько улыбнулся, и смятая записка выпала из его пальцев на пол. Немного позже судья подобрал измятый лист бумаги. Заглянув в него, судья покачал головой и осторожно спрятал записку в нагрудный карман.
В ней говорилось:
Прощай. Желаю удачи.
ЛаураЭто нежное и прощальное послание от одного из самых жестоких убийц, каких он только знал, судья добавил в свою коллекцию психологических загадок. Они часто встречались в его жизни, которая научила его многому, при этом не затронув его простоты, в которой мудрость совмещалась с детскостью.
– Вы знали, что они женаты? – спросил у судьи Брей после того, как Крейтон закончил читать письмо леди Лауры.
