— Тайлер, — нерешительно начала она, тяжело вздохнув. — Как бы мне ни хотелось верить, что это может сработать, я не думаю, что мы сможем это сделать.Она попыталась отвернуться, но я схватил ее за подбородок и потянул назад.— Почему, что случилось? В своем письме ты изложила это так, как будто это было то, чего ты хотела.— И я верю, — ответила она, пожимая плечами. — Но я не знаю, как я буду придерживаться своего графика. Мэтт строго относится к моим приходам и уходам, и, если я не буду делать так, как он говорит, он начнет задавать вопросы. Последнее, чего я хочу, это чтобы он злился на тебя.Прищурившись, я отступил назад и скрестил руки на груди.— Раньше тебя это не слишком беспокоило. Что еще у тебя на уме, Габриэлла? Это потому, что я все еще трахаюсь с другими женщинами?Она нерешительно усмехнулась и закатила глаза.— Нет, осел. Я знала, во что ввязываюсь, когда соглашалась на все это. Честно говоря, я думаю, что для нас обоих будет лучше, если тот уик-энд останется прекрасным воспоминанием. У меня и так сейчас слишком много проблем с парнями.Она села на коричневый кожаный диван, и давление, под которым она находилась, проявилось в ее вздохе.Я никогда не понимал, почему Габриэлла хотела кого-то вроде меня, когда у нее мог быть любой, кого она хотела, кто хотел быть с ней и только с ней. Я не был тем парнем. Я заботился о ней, но любовь была не тем, чего я хотел.
Перевод осуществлён TG каналом themeofbooks
Переводчик_Sinelnikova
Впервые в жизни я был непобедим.
Я больше не был тем парнем, который довольствовался четвертым местом и двигался дальше. Я был полон решимости стать тем, о ком все кричали, перед кем женщины с нетерпением падали на колени.
За прошедший год многое изменилось. Я наконец-то жил жизнью, о которой всегда мечтал. У меня был агент, непобедимый рекорд, и женщины, которые с нетерпением падали передо мной на колени… буквально.
Все, чего я когда-либо хотел, это быть лучшим, и теперь, когда я им был, я не хотел возвращаться к прежней жизни. Никто не хотел бы быть тем парнем, который всегда был близок, но никогда не мог достичь вершины. Видя разочарование на лице своего отца, я чувствовал себя никчемным. Не помогало и то, что он вообще не верил в меня. Он был моим тренером, и он серьезно относился к своей работе. Иногда я думаю, что он забывал, что на самом деле он был и моим отцом.
— Это безумие, — воскликнул Тодд, медленно поворачиваясь, сияя от количества людей, сидящих на арене. — Они все хотят тебя, Тайлер. Вдохни это, впитай это. Дальше будет только лучше.
Ты чертовски прав.
Тодд Уинфилд, всегда энтузиаст, с зачесанными назад, темными волосами и дорогим серым костюмом. Ему тридцать пять лет, он был прирожденным оппортунистом и моим агентом. К счастью, мне повезло, что он нашел меня после моей эпической битвы в прошлом году на туре Голден Стэйт. Я боролся с печально известным плохим парнем UFC и чемпионом в супертяжелом весе Мэттом Рейнольдсом. Он надрал мне задницу, но я чертовски уверен, что не облегчил ему задачу.
Перенесемся на год вперед, и теперь мы оказались в Далласе, штат Техас, в центре American Airlines. Около двадцать тысяч человек, сидят вокруг арены, скандирующих мое имя. Звук толпы, кричащей мне, когда я шел к рингу, эхом отдавался в моих ушах. Знать, что они пришли ко мне, было наивысшим кайфом. Накачанный для боя, я неторопливо пошел по проходу, не сводя взгляда со своего противника.
Бесчисленные женщины царапали ногтями мою кожу, в надежде урвать кусочек, выкрикивая о своей потребности во мне, и о том, что они сделают с моим телом. Мой агент и отец оттащили их, но мне это чертовски нравилось.
Все это.
Это было мое время, и я собирался его прожить.
Прежде чем я смог выйти на ринг и надрать задницу своему противнику, мой отец остановил меня, положив руку на плечо.
— Сосредоточься, сынок, — прорычал он мне на ухо. — Дерзость не поможет тебе выиграть бой. Это только сделает тебя невнимательным.
Взглянув на ринг, я усмехнулся. Мне не о чем было беспокоиться, мой соперник был сильным нападающим, но я был быстрее на ногах.
— Я не самоуверенный, — огрызнулся я. — Я уверен. Этот парень идет ко дну.
Мой отец сузил глаза и фыркнул.
Я тренировался с одними из лучших бойцов ММА в лиге, и я не только верил, что смогу выиграть этот бой, я знал это. Сняв свою черно-неоново-зеленую мантию, я передал ее отцу и выскочил на ринг, игнорируя выражение отвращения на его лице.
— Когда ты стал таким? — Нетерпеливо возразил он, перекидывая мой халат через руку. — Я не воспитывал тебя высокомерным, эгоцентричным ослом.
Прежде чем ведущий пробился к центру ринга, я перегнулся через край и посмотрел вниз на своего отца. Его раздраженный взгляд начал становиться постоянным. Большинство людей согласились бы, что мы похожи, он был просто более зрелой версией меня, и также бывшим бойцом.
— Нет, — я отмахнулся от него, — ты вырастил меня победителем, и я, наконец, им стал. Постарайся не слишком радоваться концепции. — Не дожидаясь ответа, я вышел на середину ринга как раз вовремя, чтобы диктор выкрикнул мое имя.
— И сегодня вечером вы все ждали бойца в черных шортах! Дамы и господа, я дарю вам его… Тайлер. . Террор. . Рааассшииинг!
Подняв руки, я кружил по рингу, наслаждаясь звуком своего имени, скандирующего из тысяч уст. У моего противника, с его темно-синими шортами, бледной кожей и ярко-рыжими волосами, на лице все время была ухмылка. Эта комбинация делала его похожим на дефектный американский флаг. Джастин Сомерс. Какой придурок. Я предполагаю, что он символически так вырядился ко Дню памяти, возможно, он серьезно относился к красному, белому и синему, за исключением того, что он не выглядел в праздничном настроении.
— Итак, ты обсуждал с агентом, как ты собираешься проиграть сегодня вечером? — Усмехнулся говорящий флаг.
Усмехнувшись, я поставил ноги на мат и встал в стойку, крепко сжав кулаки. Я знал, что звонок вот-вот прозвенит, и я должен был быть готов.
— На самом деле, — начал я, — мы просто обсуждали, сколько времени потребуется, чтобы стереть эту ухмылку с твоего лица. Он сказал две минуты хуесос… Я не согласился.
Джастин открыл рот, но прежде, чем он смог произнести хоть слово, раздался гонг, и я замахнулся. Мой кулак врезался в его челюсть с такой силой, что его голова отклонилась в сторону, и он опрокинулся на мат.
Полный нокаут.
Я наклонился над его обмякшей фигурой и добавил:
