Сэр Ричард, бросив проницательный взгляд на вновь прибывшего, определил, что этот человек скорее должен быть знаком сыщикам и судейским, чем ему. Однако он совсем не удивился, когда услышал, что мисс Крид предлагает всем потесниться, чтобы освободить немного места новому пассажиру, так как к этому времени уже успел убедиться в мягкосердечии своей подопечной.
Пен, придвинувшись поближе к сэру Ричарду, уговорила фермера лично увериться в том, что здесь найдется место еще для одного человека. Мужчина в пестром жилете улыбнулся ей и прыгнул в карету.
– Черт меня подери, если я не посчитал и тебя таким же подозрительным малым! – сказал он, втискиваясь на освободившееся место. – Я обязан тебе, парень. Когда кто-то оказывает Джимми Ярду услугу, он этого не забывает.
Клерк, который, по-видимому, придерживался насчет мистера Ярда того же мнения, что и сэр Ричард, фыркнул и покрепче ухватился за коробку, которую держал на коленях.
– Благослови нас Господь, – с улыбкой сказал мистер Ярд, заметив это движение сидевшего напротив клерка. – Я вовсе не налетчик!
– А кто такой налетчик? – невинным тоном спросила Пен.
– О, да ты совсем еще зеленый! – почти смущенно ответил мистер Ярд. – Юный джентльмен, налетчик – это такой человек, которым, я надеюсь, вы никогда не станете. Такой молодец заканчивает свою жизнь в Рамбо… или даже, может быть, в Наббинг-Чит, прежде чем ему удается повзрослеть!
Весьма заинтригованная, Пен потребовала, чтобы ей растолковали значение этих странных слов. Сэр Ричард сначала подумал было о том, чтобы поменяться с ней местами, но тут же отказался от этой мысли и, откинувшись на спинку сиденья, лениво прислушивался к тому, как мистер Ярд посвящает Пен в тайны воровского жаргона.
Компания молодых джентльменов, которые возвращались с петушиных боев, села в карету в Чипнэме и забралась наверх. Судя по доносившимся оттуда звукам, компания не отказывала себе в горячительных напитках. До сидевших внутри пассажиров доносились крики, обрывки песен и стук каблуков по крыше экипажа. Добродушная мать семейства и тощая старая дева выглядели весьма встревоженными, а клерк заявил, что поведение современной молодежи просто безнравственно. Пен была слишком занята разговором с Джимми Ярдом и поначалу не заметила общего беспокойства, но, когда экипаж отъехал от Чипнэма миль на пять, его движение внезапно ускорилось, и тяжелая, громоздкая карета запрыгала по канавам и рытвинам, опасно раскачиваясь из стороны в сторону. Пен прервала свою увлекательную беседу и вопросительно посмотрела на сэра Ричарда.
В этот момент карета сильно накренилась, и Пен упала прямо на руки сэру Ричарду. Он усадил ее рядом на сиденье и сухо заметил:
– Приключений становится все больше. Надеюсь, вам нравится?
– Но что происходит?
– Я так понимаю, что один из щеголей, сидевших на крыше, решил сам править экипажем, – ответил он.
– Боже мой! – воскликнула мать семейства. – Вы хотите сказать, сэр, что один из этих надоедливых пьяных парней правит нашим экипажем?
– Я так предполагаю, мэм.
Старая дева резко вскрикнула:
– Господи, что же с нами будет?
– Думаю, мы закончим свой путь в канаве, – совершенно спокойно ответил сэр Ричард.
После этих слов в карете поднялось настоящее столпотворение. Старая дева кричала, чтобы ее немедленно выпустили, мать семейства пыталась привлечь внимание возницы, стуча своим зонтом в крышу кареты, фермер высунул голову из окна и принялся выкрикивать угрозы и оскорбления, Джимми Ярд хохотал, а клерк сердито спрашивал у сэра Ричарда, почему он ничего не сделает.
– И что же вы хотите, чтобы я сделал? – спросил сэр Ричард, придерживая Пен на сиденье крепкой рукой.
– Остановите экипаж! О, сэр, умоляю вас, остановите его! – закричала мать семейства.
– Благослови вас Господь, мэм, но при такой езде он скоро остановится сам! – улыбаясь, ответил Джимми Ярд.
Едва он произнес эти слова, как выяснилось, что особенно крутой поворот дороги оказался не по силам кучеру-любителю. Он сделал слишком широкий поворот, задние колеса кареты, повиснув на самом краю канавы, шедшей вдоль дороги, тут же соскользнули по насыпи и провалились в нее, а все пассажиры кареты оказались друг у друга на головах. Раздались крики женщин, проклятия фермера, треск ломающегося дерева и звон разбитого стекла… Карета лежала почти на боку, а сквозь разбитые окна торчали побеги зеленой изгороди, в которую упиралась крыша экипажа.
Пен, которая уже начала задыхаться в многочисленных пелеринах пальто сэра Ричарда, попыталась было высвободиться из его крепких рук. Он тут же ослабил свои объятия и спросил:
– Ушиблись, Пен?
– Нет, нисколько! Большое вам спасибо за то, что вы меня удержали! А вы сами не пострадали?
Осколок разбившегося стекла поцарапал щеку сэру Ричарду, но так как он держался за кожаную петлю в углу экипажа, то, в отличие от остальных пассажиров, он удержался на своем сиденье.
– Нет, я только рассержен, – ответил он. – Милая леди, здесь не время и не место впадать в истерику!
