– Ладно, – наконец произнес он. – Если что, мы с Вонг рядом.
Маллен кивнула, убрала волосы за уши и изобразила на лице самое беззаботное и дружелюбное выражение. Она долго тренировалась и знала, что достигла в этом совершенства. Многие люди улыбались искусственно, лишь губами. Эбби же научилась делать так, что и глаза, и лицо, и все ее тело излучали приветливость. Невысокий рост и оттопыренные уши тоже были козырями и помогали разрядить обстановку. По мере того как лейтенант Маллен приближалась к мужчинам, улыбка делала свое дело. Сектанты все еще бросали настороженные взгляды в сторону Карвера и Вонг, но шедшую в их сторону невысокую женщину опасной не считали.
– Мистер Тиллман, могу я поговорить с одним из членов вашей общины? – спросила Эбби.
Она посмотрела прямо в глаза Отису, стараясь не выдавать волнения. В тот момент ее больше никто не интересовал. Очевидно, что остальные сектанты настроены враждебно и мыслят ограниченно. Как правило, в подобных местах о компромиссе и не слыхивали. Лидер внушает пастве, что их сообщество преследует благую цель, закон – это враг, а весь мир настроен против них. Если в такой напряженной атмосфере полицейские попробуют кого-то арестовать, они столкнутся с сопротивлением и применением силы. Как ни странно, единственный человек, который не принадлежит к числу фанатиков и может разрядить обстановку, – это Отис Тиллман, лидер секты, внушающий членам своей общины определенные взгляды. Он заинтересован в том, чтобы не обострять ситуацию и избежать кровопролития. Если, конечно, сам не верит в ту чушь, которую внушает сектантам. В таком случае события очень быстро начнут разворачиваться неблагоприятным образом.
– Лейтенант Маллен, мистер Адкинс только что сообщил мне крайне неутешительные новости, – сказал Отис.
«Мистер Адкинс». Значит, Карлад345 – это Карл Адкинс.
– Можете звать меня Эбби. – Маллен остановилась в метре от Тиллмана и новоприбывшего.
– Сына Дэвида похитили.
Казалось, Отис потрясен, но нельзя было сказать, так ли это, или он просто хороший актер. Адкинс сохранял невозмутимое выражение лица, зато окружающие на новость отреагировали: Эбби отметила расширившиеся от удивления глаза, шокированные взгляды, шепот. Как она и полагала, большинство сектантов ничего не знали о похищении Натана. Но только не Адкинс. Вот только откуда об этом известно ему? Из «Инстаграма» Габриэль? Или потому что похититель – он?
– Верно, – ответила Эбби. – Мы с детективом Карвером расследуем это дело. И хотели бы предложить Карлу проехать с нами, чтобы задать ему несколько вопросов.
Она намеренно назвала Адкинса по имени, чтобы убедиться в правильности своей догадки, ведь Тиллман сказал только фамилию.
– Можете поговорить здесь. – Отис скрестил руки на груди. – Совсем не обязательно куда-то ехать.
– Хорошая мысль, – отреагировала Эбби. – На самом деле мы хотели бы пообщаться со всеми. Вдруг у кого-то есть информация, которая окажется для нас полезной.
– Разумеется, после обеда…
– Боюсь, мы не можем ждать так долго. Когда речь идет о похищении ребенка, на счету каждая минута.
Отис напрягся.
– Иден и ее дети уехали отсюда семь лет назад. Не хочу, чтобы вы впустую потратили время.
– Ну почему же впустую, – доброжелательно улыбнулась Эбби. – Они прожили здесь более десяти лет. Уверена, многие хорошо ее знают. Может быть, кто-то до сих пор поддерживает связь…
– Никто, – выпалил Отис.
Эбби вскинула брови и изобразила удивление:
– Разве?
Разумеется, так и есть. Бывшие сектанты – это кошмарный сон для таких общин. Те, кто осмелился уйти, прозревают: все, что им говорили – ложь. Мир не рушится, ослушников никто не преследует, в жизни по-прежнему есть смысл. На самом деле за пределами общины оказывается даже лучше. Поэтому первое, что делает лидер, когда кто-то из сектантов уходит, – велит оборвать все связи с этим человеком и поливает его грязью, называя эгоистичным предателем и приспешником врагов. Благодаря такой политике ушедший не сможет повлиять на тех, кто остался, и подтолкнуть их к тому, чтобы последовать своему примеру.
– Насколько я знаю, бывшая жена мистера Хаффа просто исчезла с горизонта, – поправился Отис. – Возможно, Дэвид вам рассказывал… Мы пытались искать ее, но потерпели неудачу.
Эбби посмотрела на Тиллмана с недоумением.
– Но Иден говорила… – Она замолчала, а потом встряхнула головой. – Нет, разумеется, вы правы и лучше знаете членов своей общины.
Конечно, Отис – первоклассный актер. Ни выражение лица, ни язык тела его не выдавали. И все-таки она знала, что попала точно в цель: выразила желание поговорить со всеми сектантами, а у духовного лидера не было времени их подготовить. Только что Эбби намекнула, что кто-то до сих пор поддерживает связь с бывшим членом общины. Это означало, что Отис не полностью контролирует ситуацию. Ему придется предложить альтернативный вариант, чтобы создать видимость, будто он в курсе всех событий.
– Можете поговорить с Карлом в офисе в присутствии нашего адвоката, – сказал глава секты. – А мы пока начнем воскресный обед. Когда закончите, побеседуете с остальными.
