— Волп, тут такое дело… — замялся Тилорн, как нашкодивший школьник. — Ты бы слышал, что они говорили… и в каком контексте…
— Да мне похер, что они говорят! — перебил я его. — Пусть хоть утверждают, что я в постели предпочитаю мертвых детенышей мясоедов, причем еще и самцов. Мне глубоко насрать на то, кем или чем они меня считают, ровно до того момента, пока это не сказывается на выполнении их непосредственных обязанностей. Вот честно, я бы за такой залет с удовольствием отправил бы и вас с вон теми восьмью молодцами на усиленную тренировку, так загнетесь же в первый же день. Алена, сможешь подобрать им КМБ так, чтобы на пределе протянули до конца недели? — На последней фразе я повернулся к жене, которая жестами показывала своим бойцам, что они очень крепко встряли и не смели открывать рот, пока не ухудшили свое наказание.
— Не уверена, но думаю, что ротный тренер что-то сообразит.
— Отлично. Чего тогда стоим? БЕГОМ МАРШ ПОЛУЧАТЬ НАГРУЗКУ!
Командный рык в конце придал им скорость выпущенной пули, благодаря которому буквально через пару секунд в помещении остались только я и Алена. Моя жена устало протерла глаза и уселась в ближайшее кресло возле пульта управления.
— И все-таки я считаю, что ты переборщил с наказанием. Особенно по отношению к твоим детишкам.
— По поводу твоих я свое мнение уже озвучил, ну а мои детишки должны уже отправляться в самостоятельное плавание, я все больше замечаю, что начал, как лишний груз, тормозить их развитие. Слишком они полагаются на мою помощь, и неадекватно оценивают свои силы.
— Ну, в защиту отряда, могу сказать, что проблема не в подготовке, и не в том, что они расслабились. Тут, скорее всего, роль сыграла возможность репликации, вот и цена собственной жизни резко упала. Отсюда вытекает склонность к необоснованным рискам и пренебрежение опасными моментами — лишь бы выполнить задание и получить лишние очки. Замкнутый круг, который год за годом заставляет все больше терять осторожность в погоне за так необходимыми очками, чтобы получить право на очередное возрождение после смерти, но из-за этой гонки мы и умираем все больше. — Немного помолчав, она сменила тему. — А вот по поводу ребят, пришедших с тобой, не уверена, что такой пинок из гнезда — правильный подход.
— А что ты предлагаешь? Сюсюкаться с ними до тех пор, пока у них самостоятельность сама по себе не проклюнется? Так ведь загублю их потенциал. Я, конечно, скорее всего, могу поставить их на какие-то должности, пользуясь своими полномочиями. Но что они там смогут сделать без опыта и навыков… — Хотелось еще много чего сказать, но я просто махнул рукой и с грустью покачал головой.
Поднявшись и подойдя ко мне со спины, она нежно обняла меня и прижалась головой к плечу, пытаясь успокоить и поддержать. Алена всегда так делала, когда чувствовала, что мне нужна моральная поддержка. Этот раз не был исключением, и постояв молча в таком положении пару минут, взял свои эмоции в руки и благодарно погладил ее руки, сомкнутые замком на моей груди. Она все поняла и, разомкнув объятия, поинтересовалась.
— Все не отпускают те события?
— Есть немного. Но сейчас полегче, я теперь хоть понимаю, что тогда просто был молод и неопытен, вот и старался заслужить уважение своей группы, помогая им во всем. Вот и получилось, что когда я оказался без сознания, остальные растерялись и больше половины взвода погибло…
— Да помню я, — с грустью напомнила она, что в курсе тех событий. — У нас и так слишком много скелетов по шкафам распихано, давай хоть не будем перебирать их по косточкам.
— Хорошо, замяли.
— Что планируешь дальше?
— Пойду с начальниками отделов поговорю, так сказать, один на один, узнаю, что и как на этой базе, да посоветуюсь о первичных задачах. Кстати, по твоей зоне ответственности, что скажешь?
— У меня-то все в порядке: четыре роты разбитые по специализации. Обеспечение полное, даже с запасом. Единственное, с чем проблема, так это человеческий ресурс, не хватает нас все дыры затыкать. Тут надо три, а лучше четыре полноценных полка специального назначения, чтобы минимально покрыть территорию, на которой работаем. Про контроль дополнительной местности я вообще молчу.
— Все так плохо с людьми? Вроде достаточно много людей по базе ходит, навскидку около десяти тысяч точно можно набрать.
— Намного больше. Точные цифры я тебе не скажу, но года два назад слышала, что перевалили отметку в шестьдесят пять тысяч. Проблема в том, что процентов восемьдесят живущих тут — это гражданские до мозга костей. Местных легче перетянуть в войска, чем их. Только в последнее время дела с бойцами немного начали улучшаться. Геймеры, которые набежали сюда, думая, что идут в игрушку, изначально ориентировались на бои, и им легче адаптироваться под местные реалии. Но даже те, кто готов взять оружие в руки, в основном попадают в общеармейские подразделения. Сам прекрасно знаешь, как тяжело подготовить достаточно квалифицированных специалистов.
