— Солнце, не тупи, мы тут чуть меньше года, когда бы я их натаскал до такого уровня?
— М-даааа… Сглупила, пошли тогда к выходу из полигона, будем раздавать слонов непричастным и звиздюлину невиновным.
— Нет, это вечером или завтра утром устроим. А сейчас нужно закончить с этим собранием. — И кивком указал на входящих в комнату Волкодава с остальными. — Ну что господа, и естественно, дамы, рассаживайтесь, посмотрим представление, пока беседуем. Если, конечно, у Вас нет возражений пообщаться тут.
— Да без разницы. Бойцы, а ну на пост на входе в служебную зону! — Вторая часть фразы уже относилась к дежурным, которые пулей вылетели из помещения.
Пока, так сказать, командный состав размещался по территории помещения, занимая удобные, на их взгляд, места, я продолжал наблюдать за своими ребятами. Радует то, что они, не зная возможности противника, не рванули напролом, а двигались крайне медленно под прикрытием Тилорна, который на этот раз был в полном комплекте брони и с ростовым силовым щитом.
Кварц двигался сразу за ним, прикрывая медика с флангов своим дробовиком, а над каждым плечом висел небольшой шарик дрона, непонятной для меня пока модификации: слишком большое расстояние нас разделяло, чтобы рассмотреть детали. Кастра тем временем при помощи гарпунов с тонким, но прочным тросом двигалась по верхним этажам, обеспечивая разведку и обнаружение.
А вот Саргос немного отстал, хоть и носился как угорелый от одного прохода к другому, минируя любое потенциальное направление, с которого был хоть небольшой шанс зайти им в тыл. Да, по сути, только из-за Саргоса вся группа так медленно и двигалась, постоянно останавливаясь и ожидая, пока подрывник закончит с очередным проходом и догонит их.
Хотя, если присмотреться, не все проходы он минировал, со стороны было заметно, что он оставил пусть и запутанный, но весьма удобный путь для отступления, в котором достаточно много укрытий. А ведь с этого может что-то выгореть… не факт, что его сюрпризы кого-то зацепят, но как минимум крайне сильно притормозят продвижения противника, что даст моим ребятам пусть и призрачный, но шанс не продуть.
Когда заметил, что все разместились и ожидают только меня, у меня уже сформировалась в голове примерная линия поведения. Поэтому развернулся и облокотился на панель управления, предварительно убедившись, что своей филейной частью случайно не нажму какую-то кнопку.
— С Волкодавом все примерно ясно: он долго, очень долго выполнял свою задачу. А учитывая структуру скурфов и их подготовку, относящуюся даже к контрактникам, прекрасно понимаю его безоговорочную готовность подчиняться мне, только на основании того, что Сердце дало мне такую должность. Но вот остальные… — обвел я взглядом всех, кроме Волкодава и Алены. — Объясните, почему вы так спокойно к этому относитесь?
— А что такого? — вроде бы искренне удивился Петр Иванович.
— То есть вас совершенно не смущает, что я, непонятно откуда вылезший человек, вдруг как по мановению волшебной палочки занимаю должность командующего, и спокойно могу практически щелчком пальца лишить любого из здесь присутствующих занимаемой должности, которая, как я подозреваю, достаточно привлекательная во многих моментах. Да и по сути, творить, что мне вздумается. Я правильно понимаю?
После моей небольшой тирады они с каким-то непонятным для меня удивлением переглянулись, а потом дружно уставились на Алену, которая под их пристальным взглядом просто пожала плечами.
— Ну, как-то не поднималась эта тема, вот и забыла рассказать.
— Эх… — вздохнул управленец. — Молодой человек, насколько я понимаю, вы про Сердце Альфарима практически ничего не знаете. — Это был даже не вопрос, а скорее констатация факта.
— Петр Иванович, давайте лучше я, — прервал его Волкодав. — У вас, как и у остальных, лишь догадки, а я, учитывая его уровень допуска, смогу рассказать ему намного больше, при этом оперируя фактами, а не логическими измышлениями.
— Вы правы! Потому что мы как-то не подумали, что это совещание бессмысленно, если наш новый командующий не будет полноценно понимать происходящее вокруг. Поэтому мы пока займемся своими непосредственными обязанностями, пока вы беседуете.
Остальные лишь согласно кивали, и как только Петр Иванович закончил свою фразу, поднялись вслед за ним и покинули комнату управления, прихватив с собой и Ведьму, которая напоследок пробурчала что-то про идиотские ограничения по доступу к информации. Но при этом успела скользнуть губами по моей щеке, прежде чем выскочить.
— Вот и не верь после этого, что чувства меняют человека, — удивлено покачал головой Волкодав, проводя взглядом Алену.
— Это ненадолго, — поняв его мысль, огорчил я его. — В основном только при мне она такая радостная и добрая, пройдет минут десять, и она уже будет своим подчиненным устраивать разнос.
— Ну хоть так, а то за все время ни одного проблеска положительных эмоций, а это за эм… лет пятнадцать уже.
— Двадцать один год, три месяца и шестнадцать дней, — машинально поправил я его.
