Коса Смерти тоже посмотрел на небо вслед за Линг:
— Уф… Главное, что я не стою Киндер Сюрпризом в драконьем саду в ожидании второго пришествия Будды.
— Драконы говорят, что врата Шамбалы нельзя долго оставлять без присмотра. Пора возвращаться. — Линг поднялась с помощью Спирита и снова обратилась к нему: — Как думаете, я справлюсь?
— А ты этого хочешь?
— Хочу.
— Тогда уверен, что у тебя получится гораздо лучше, чем у меня. А драконьи невесты тебе все покажут и расскажут. Хорошие девушки, не обижай их там, — улыбнулся папаша, а потом уже серьезно добавил: — Извини, что переложил на тебя эту ношу. Я действительно не знал, что так будет.
Повелительница улыбнулась и, хлопнув в ладоши на буддийский манер, склонилась перед Спиритом в почтительном поклоне:
— Вам не за что извиняться. Спасибо, что спасли мне жизнь. — Она выпрямилась и, проигнорировав Маку, поклонилась Джоан: — И тебе, Джоан, спасибо. Драконы говорят, что ты тоже пыталась мне помочь.
А потом все-таки повернулась и в упор посмотрела на Соула. Вежливой улыбки на ее лице уже не осталось, как не осталось вообще ничего доброжелательного — только плотно сжатые губы, только колючий взгляд и обида с молчаливым укором. Она без слов сказала все, что думает о своем напарнике и его поступке.
— Линг… — начал было Соул, но так и не смог закончить, все слова улетучились под весом ее тяжелого взгляда.
Разве простым «извини» можно искупить такой предательский поступок по отношению к своей повелительнице? Она имела полное право его ненавидеть. Соул почти физически ощутил, как между ними разверзается пропасть, как холодный взгляд Линг убивает все то хорошее, теплое и светлое, что было между ними в течение двух с половиной лет.
Безвозвратно.
Навсегда.
Линг молча отвернулась и, сделав несколько шагов в сторону от людей, растворилась в бледно-розовой вспышке, чтобы в следующее мгновение предстать уже в облике огромного дракона, а затем, так и не оглянувшись, молча взмыла в небеса: грациозная, чуждая и… вдруг показавшаяся Соулу бесконечно одинокой.
Он в оцепенелой отрешенности смотрел на небо и следил за полетом дракона, пытаясь разобраться в себе. В лучах солнца чешуя ящера сияла багрово-вишневым, а золотые пластины вдоль хребта, казалось, своим блеском могут затмить дневное светило. Тело дракона извивалось в потоках горного воздуха, ловило воздушные течения и восходящие потоки нагретых масс, а Соул никак не мог оторвать взгляд, не желал отпускать и до последнего где-то в глубине души надеялся, что Линг все-таки когда-нибудь сможет его понять и, возможно, даже простить.
И даже когда над головой остались только скалы и небо, он не хотел опускать взгляд и смотреть на остальных. Хотелось остаться одному и подумать. Соул вспомнил, что в деревне стоит его мотоцикл, и решил, что возвращаться в Лхасу будет на нем. Один. Без раздражающих разговоров и взглядов.
Хотя разговоров пока не было. Все стояли молча. Первым решился прервать затянувшееся молчание Кид. Он как-то неумело кашлянул, прочищая горло и привлекая к себе внимание, а потом произнес, словно размышляя:
— Ведьма мертва. И ее демон тоже…
Соул неохотно опустил взгляд и впервые посмотрел в сторону мертвой гусеницы, голова которой теперь валялась чуть поодаль от тела, отсеченная чем-то острым. Скорее всего, работа Джоан, а может, и пришедшего в себя Спирита. Над буро-желтыми останками уже кружилась пара мух.
— Соул, — позвал Кид, привлекая к себе внимание. Когда молодой человек повернулся к другу, тот держал в руках мерцающий красным сгусток. — По-моему, вот это по праву принадлежит тебе. — Он улыбнулся. — Душа ведьмы. Сколько у вас там с Линг было душ на счету?
— Девяносто девять, — вдруг пересохшими губами ответил Соул, не в силах теперь оторвать взгляд от огонька в руках Кида. Боясь осознать, поверить, принять факт, что он спустя столько лет все же смог осуществить свою мечту.
Кид шагнул было к Соулу с протянутыми руками, но вдруг передумал и передал душу Маке:
— По-моему, так будет правильней. Ведь вы сделали это вместе.
Мака не могла сдержать улыбки, когда отдавала Соулу огонек и смотрела, как он заглатывает душу. Повелительница светилась счастьем, и почему-то Соул был уверен, что причина ее лучистых глаз и светлой радости — не гордость за себя, сумевшую убить ведьму, причиной ее радости сейчас был он.
— Поздравляю, — улыбнулась Мака. Приподнявшись на носочки, она крепко обвила его шею руками и уткнулась в плечо, после чего тихо пробормотала: — Коса Смерти Соул Итер.
И Соул, невольно расплывшись в улыбке, обнял ее в ответ. Еще сильнее притянул к себе, прижался щекой к мягким волосам и закрыл глаза, чтобы не видеть перекошенное от недовольства лицо папаши (объятия его доченьки с бывшим напарником явно не входили в то, что он бы хотел лицезреть), не смотреть на язвительную улыбку Джоан и хоть на пару мгновений забыть про свою вину перед Линг.
— Спасибо тебе, — с искренней благодарностью пробормотал Соул.
========== Глава 39. Чувства тайные и взаимные ==========
Где-то на Тибетском нагорье, пятница, 3:05 p.m.
