— Подтверждаю, — коротко кинул парень. — Также хочу отметить, в «операциях», как ты изволил выразиться, участвовали исключительно мои силы без привлечения клановых ресурсов. У вас есть претензии по этому поводу?
Тишина в зале на миг стала абсолютной. Наглость молодого Волконского была беспредельной.
— Да, у меня имеются претензии, — позволил себе добавить легкую толику сарказма в голос Константин Ильич.
— Прекрасно, — лишь в этот миг Павел изволил «отлепиться» от стены. — Согласен на очную ставку с полным мнемоконтролем специалистов канцелярии в присутствии представителей Юсуповых.
И вновь, как после резкого порыва ветра, по рядам прошло легкое шевеление, приправленное теперь уже не слишком скрываемыми шепотками.
— Готов, — явственно расслабился Константин Ильич. — Прошу секретариат подать заявку на проведение процедуры.
— Не возражаю, — тут же подтвердил Игнат, за последние минут пять, как показалось Павлу, даже не пошевелившийся.
Главразведчик позволил себе тщательно выверенную улыбку. Он прекрасно знал, сколько придется ждать свободного «окошка» государевых менталистов. Может пройти несколько лет, а там «либо я, либо осел, либо император»…
— Рад вашему согласию, — коротко поклонился Павел таким образом, чтобы формальную вежливость никто и в мыслях не принял за реальное уважение, после чего оглянулся на Тишь.
— Процедура может быть проведена сегодня, — подтвердила та равнодушно. — В двадцать часов пятнадцать минут будет ли удобно обеим сторонам?
Вот теперь проняло. Всерьез. Очень многих.
— Позвольте представить, офицер службы имперской безопасности Валентина, — коротко объявил Игнат.
Как всегда, ни фамилии, ни отчества. Просто имя.
К чести разведчика, справился он с собой довольно быстро.
— Это провокация, — первым делом обозначил свое отношение к происходящему Константин Ильич.
Однако в этот раз встретил куда меньше поддержки со стороны родичей. Тем более, если подходить с формальной точки зрения, оскорбление офицера СИБ и подозрение его в двурушничестве — оскорбление Короны. С другой стороны, если подобный проступок будет доказан, то сотрудника ждет казнь.
— Так понимаю, сегодня ты очень занят, — негромко прокомментировал Павел.
Однако голос его прекрасно услышан.
— Я серьезный человек, — солидно кивнул разведчик, под негромкий фырк воеводы. — Мой день расписан по минутам.
— Я услышал, — подвел черту под диалогом Волконский.
— Правильно ли я понимаю, — вновь «включилась» Юсупова. — Что ты заявляешь о непричастности к попытке моего устранения на территории Классов.
— Совершенно верно, — согласился Константин Ильич. — Я не приемлю безосновательных обвинений в свой адрес.
— Прекрасно, — кивнула Виктория. — В таком случае я прошу родичей разрешения предоставить трибуну Павлу Анатольевичу Волконскому и офицеру СИБ Валентине.
— Ну вот… — негромко выдохнул клановец, которому выступать со сцены совершенно не хотелось.
Впрочем, это была скорее легкая шутка. Да и услышать его мог лишь Лев Демидович.
— Приветствую уважаемых членов клана Юсуповых, — уже через полминуты таки пришлось взять слово молодому человеку. — Буду краток. У меня имеются видео допросов каждого исполнителя, участвовавшего в операции. Могу я воспользоваться проектором?..
— Я Фролов Никита Иванович, последнее место службы — главное управление разведывательных операций под началом…
На этом моменте Волконскому пришлось остановить запись.
— Я не расслышал, — констатировал он.
Константин Ильич явно что-то сказал. Было бы невежливо обойтись без уточнения.
— Это подделка, — ожидаемо выдал разведчик.
— Допрос проводился под присмотром менталистов, — пожал плечами Павел. — Копия заключения, заверенная канцелярией, в наличии. Я могу продолжить?
— Я против, — заявил мужчина с таким видом, словно его мнение все еще интересовало хоть кого-то из присутствующих.
— Константин, — раздался негромкий голос.
Этого пожилого человека ВОлконский знал. Главный судья Юсуповых внешностью обладал запоминающейся.
— Заткнись, пожалуйста, — попросил вершитель судеб. — Продолжайте, молодой человек.
— Одну секунду, — вздохнул клановец. — Не имею намерения и желания становиться свидетелем внутренних решений Юсуповых, а потому сейчас я включу запись. Вашего вердикта дождусь в приемной.
— Буду благодарен, — коротко склонил седую голову судья.
Молодой человек нажал кнопку на своем комме, после чего аккуратно пристроил его на трибуне и, не добавив ни слова, скорым шагом покинул зал.
— Располагайтесь, господа и прекрасная дама, — негромко хмыкнул Волконский, едва вместе со своей «группой поддержки» покинул сам зал заседаний.
Надо сказать, что приемная при нем была обставлена со всеми удобствами, а целый штат секретарей старался произвести самое лучшее впечатление на гостей… даже если они приходят сквозь стены.
— Чай, кофе?.. — тут же подскочила белокурое создание к Павлу.
Вопрос был задан с такой искренностью и страстью, что молодой человек невольно помедлил в ожидании продолжения вопроса «… меня?».
— Чай, — коротко попросил клановец, чем заслужил удивленный взгляд штурмовой пары и Влада.
