Он не совсем понимал, зачем нужно было останавливать машину в полусотне шагов от въезда, чтобы «осмотреться». Если бы парень предполагал хотя бы малейшую опасность, то ни в коем случае не приехал бы вдвоем. А так он даже самостоятельно сел за руль «Крауна».
Очнувшаяся от задумчивости девушка кинула озадаченный взгляд на брата и коротко бросила:
— Поехали.
Белоснежный седан тут же тронулся с места.
Путь им преградила охрана. На главном въезде. Двое бойцов слаженно и важно шагнули к машине, делая знаки опустить стекла. Держались они довольно уверенно. Мол, не к кому-то там приехали, а к самим Алексеевым!
Волконский повиновался.
— А, нет, — хмыкнула Светланка, любопытным котенком высунувшая свой точеный носик навстречу лицу охранника.
Тот даже отпрянул слегка от неожиданности.
— Вот теперь верю! — с некоторым облегчением выдохнула девушка, рассматривая следы вчерашних происшествий на лице мордоворота.
Да и сложенные аккуратно в стороне ворота говорили о многом.
— Пропустите? — поинтересовался Павел без особых эмоций.
Ему еще одну чашечку кофе хотелось куда больше, чем очередного конфликта. А в доме Алексеевых этот напиток был… под запретом! Глава, видите ли, не может себе позволить никакие стимуляторы из-за особенностей психики. Вот и пришлось терпеть всем…
Тимофей Андреевич встретил гостей у центрального входа в особняк. В ранний час он был свеж, выбрит и облачен в шикарно сидящий костюм.
— Вот как должен выглядеть Глава, — довольно громко сообщила брату Светлана.
— Ага, — согласился тот, титаническим усилием сдерживая зевок.
Он наряжаться для этой встречи даже и не подумал. Свободная белая футболка и темные штаны — вполне себе уместное одеяние победителя, ступающего на захваченную землю.
— Павел Анатольевич, — чуть задержал голову в приветственном поклоне хозяин дома.
Молодой человек отзеркалил жест. Да, Алексеевы проиграли. Однако втаптывать их в грязь было незачем. Такое поведение порождает лишь ненависть. И желание отомстить.
— Тимофей Андреевич, — вполне вежливо произнес он. — Знакомься, Светлана Анатольевна. Моя сестра.
Мужчине было очень тяжело сдержать лицо. Допустим, чисто теоретически, на свете может существовать ОДИН безумец-клановец, способный явиться в дом недавнего врага в одиночку. Но двое из Великого клана, да еще и члены правящей Семьи… это перебор.
Девушка вежливо и молча поклонилась, демонстрируя кротость и смирение.
Глава растерялся.
— Господин Волконский, — негромко произнес он. — Ваш… переговорщик прибудет позже?
Еще во время первого чаепития молодой человек пообещал, что выходка Григория Романовича обойдется клану дорого. Но не фатально.
— Чего именно вы хотите? — застыл тогда Тимофей Андреевич, так и не донеся до рта чашку с ароматным чаем.
Волконский же в ответ лишь обезоруживающе улыбнулся, да и пожал плечами:
— А я и не знаю! — хмыкнул он, окидывая холл взглядом «Чего-бы-тут-урвать⁈». — Завтра ждите с переговорщиком.
Оба Алексеева тогда знатно пропотели. О спецах Волконских ходили легенды. Они и душу способны были выторговать, если это понадобится их сюзеренам.
В общем, Алексеевы готовились. К жаркой сече. И тут вместо серьезных мужчин в аккуратных пиджаках с равнодушными взглядами и калькуляторами там, где у обычного человека находится сердце, из машины выпрыгивает она: милая девушка, с интересом осматривающая дом и сад перед ним. И даже не стесняется демонстрировать ямочки на щеках всем присутствующим.
— Я… — хотел было продолжить Тимофей Андреевич
Но споткнулся. Случилось немыслимое! Волконский лично шагнул вперед и похлопал его по плечу! Сочувственно!
Глава 10
Шок!
Горячий пар обжег кожу. Однако первый удар раскаленной волной обжигающего влажного воздуха прошел. Тело привыкло к нестерпимой, казалось поначалу, температуре…
Павел качнул головой, отгоняя воспоминание о первом походе в баню с казначеем.
Однако уж больно напоминали тот день двое раскрасневшихся и обливающихся потом ничуть не хуже, чем на пологах парилки мужчин.
— Хочу увидеть бухгалтерские книги за январь сего года, — хлестнул веником спокойный голос Светланы, «поддавая жару».
Раскрасневшиеся Алексеевы как-то нервно переглянулись.
— Александр Гаврилович! — негромко позвал старший из них.
По положению. Не по возрасту.
Потогонка продолжалась уже полтора часа.
А как мило все начиналось…
Волконский позволил улыбнуться себе при воспоминании о том, как обрадовался Глава, едва понял, КТО именно будет выступать за переговорщика со стороны Волконского. Милая девочка, чуть смущенно демонстрирующая ямочки на щеках, казалась легкой добычей.
— Прошу в дом, — с трудом скрывая удовлетворение, сделал приглашающий жест Тимофей Андреевич.
Радость на его лице была столь чистой и незамутненной, что Павел на секунду испытал легкий укол сочувствия. Это ж как дошкольников против профессионального боксера на ринг выпустить.
Однако похлопыванием по плечу Волконский и ограничился. Теперь сестренка развлекается. Она заслужила. В последнее время работы у нее была тьма. Пусть отведет душу!
