– Я туда не пойду, и не уговаривай, – твердо решила Тамара. – Ты зачем-то взяла лишние – тебе и распространять.
– Да что там распространять-то? – уже не с таким пылом спросила Строгова. – Да и ладно, не хочешь – не пойдешь. Мы с Лизой вдвоем сходим.
Спросить, почему она решила, что я соглашусь, я не успела. В комнату ворвались Оленька с Петенькой. Второй вид имел довольно бледный, шмыгнул за стол, как нашкодивший кот, придвинул к себе карточку и спросил чуть подрагивающим голосом:
– Мы когда-нибудь доиграем эту партию?
– Девочки, мы никуда не выходили, – заговорщицким шепотом предупредила его сестра. – Садитесь же.
– Хорошо, вы никуда не выходили, но за это продаете Волкову билет на благотворительный вечер, – деловито предложила Строгова. – Наше согласие на танец с ним уже есть.
– Нет! – возмутились мы с Тамарой. – Нет у тебя нашего согласия.
– Совести у вас нет! – возмутилась уже Строгова. – Всегда отдуваться приходится мне. Хорошо, Оля, значит, только мое согласие. У меня еще два танца свободных, жертвую в его пользу. Для меня благотворительность – не пустой звук, в отличие от некоторых.
Она уничижительно фыркнула, показывая как нашу несознательность, так и глубину своей жертвы.
– Петя продаст, как Волков Волкову, – решила Оленька и сурово посмотрела на брата. – А я никому не расскажу, что он пытался использовать папин артефакт. И ладно бы использовал, так еще и неудачно.
Петя заметно скис и виновато посмотрел на сестру. Значит, пытался подслушать. Все-таки Волков почуял родственную попытку, а не меня. Интересно все же, о чем говорили Волковы. Получается, у Волковых есть какой-то договор с Рысьиными, ни в один из пунктов которого, надеюсь, я не вхожу.
– Совсем ничего не удалось подслушать? – понятливо спросила Строгова.
– Да мы и не собирались, – открестился Петя. – Я просто проверить хотел.
– Просто проверить, – хмыкнула Оленька. – А теперь просто вручишь Саше билет.
– А если он покупать не захочет?
– Сделай так, чтобы захотел. Или оплатишь из своих карманных денег, – перешла к угрозам сестра.
– Лебединое озеро! – пискнула Тамара.
Я вопросительно на нее посмотрела, но остальные уткнулись в карточки. И вовремя: из коридора уже доносились шаги. А вскоре донесся и сам Волков.
– Все играете? – столь радостно спросил он, словно разговор с тетей закончился ко всеобщему удовольствию.
Оля чуть заметно пихнула брата в бок, и тот сразу же выпалил:
– Это потому что более интересных занятий не нашлось. Саша, ты же любишь танцы? У Оли в гимназии скоро благотворительный вечер, и я выпросил у них для тебя билет.
– Два билета, – поправила Строгова.
– Два билета, – послушно повторил Петя, с надеждой глядя на родственника.
– А два-то зачем? – удивился тот.
– Мало ли. Вдруг ты с другом решишь пойти, чтобы одному не скучать, – выдал Петя, который непременно поступил бы именно так, всучи ему кто-нибудь билет на танцевальный вечер с обязательным посещением.
– Скучать на балу? Это невозможно, друг мой, – улыбнулся Волков. Хищно так улыбнулся, показав, что ни одному стоматологу на нем заработать пока не удалось. – Хорошо, доставай свои билеты.
Достала Строгова. Но это были мелочи. Главное – билеты нашли владельца, а благотворительная касса пополнилась парой бумажек. Петя засиял, благодарно глядя на родственника, который даже не стал говорить о том, что подслушивать нехорошо. Впрочем, вполне возможно, Пете еще предстоит этот разговор с мамой, и, сдается мне, Анна Васильевна пострашнее будет.
– Так что же мы сидим, – оживилась Строгова, – мы же собирались танцевать. – И повелительно: – Тамара!
Тамара, счастливая оттого, что не придется больше продавать билеты, отложила мешочек и вспорхнула с места. Весьма изящно вспорхнула, заслужив одобрительный взгляд Волкова, который тут же заинтересованно сказал:
– Барышни, вы же не оставите меня в одиночестве на вашем благотворительном балу? Каждая должна пообещать мне танец.
– Могу два, – щедро предложила Строгова. – У меня как раз два свободных осталось.
– Я не могу быть столь жесток и лишать другого кавалера возможности потанцевать с прекрасной дамой, – возразил Александр. – Но один танец вы мне пообещаете…
Он сделал паузу и выразительно посмотрел на сестру, которая тут же затараторила:
– Ой, я же не представила тебе моих подруг. Это Анна Строгова. Тамара Яцкевич за роялем. И Лиза Рысьина. Ты ее, может быть, помнишь?
– Разумеется, помню, – чуть удивленно ответил Волков. – Разве я могу забыть твою подругу? Слава богам, у меня ранений в голову не было. Поэтому я точно помню, что фамилия у Лизы была другой.
– А теперь она Рысьина, – с гордостью ответила Оленька. – Правда, здорово?
– Здорово, – согласился Волков. – Но неожиданно. В вашем возрасте очень редко приобретают второй облик. Вы мне расскажете, как это случилось?
Почему-то мне показалось, что он неискренен и прекрасно знает о том, что со мной произошло. Во всяком случае, об изменении статуса – точно. Опять зашевелились подозрения, не связан ли со мной разговор, кусок которого я подслушала.
