Джонни был ИскИном. Его сознание, или эго, или черт его знает что, плавало где-то в киберпространстве мегасферы Техно-Центра. Как и все люди (за исключением, быть может, Секретаря Сената и ребят, выгребавших за ИскИнами дерьмо), я не имела ни малейшего представления, где находится этот самый Техно-Центр. Более трех веков назад (задолго до моего рождения) искусственные интеллекты мирно ушли из-под власти человека. И хотя они остались союзниками Гегемонии, участвуют в работе Альтинга, контролируют инфосферы, иногда используют свои прогностические способности, чтобы предупредить нас об ошибочных решениях и стихийных бедствиях, сам Техно-Центр занят какими-то своими, недоступными человеческому уму и чуждыми ему делами и решительно не желает посвящать нас в них.
Ну и на здоровье.
Обычно ИскИны ведут свои дела с людьми и с человеческими машинами через инфосферы. Если надо, они могут создать и интерактивную голограмму. Помнится, когда подписывали пакт о присоединении Мауи-Обетованной, послы Техно-Центра подозрительно напоминали Тайрона Батуайта, блиставшего некогда актера тривидения.
Кибриды — совсем другое дело. Созданные из человеческого генетического материала, они внешне походят на людей куда больше, чем это допускается для андроидов. Между Техно-Центром и Гегемонией существует договор, ограничивающий численность кибридов, так что их вообще-то немного.
Я посмотрела на Джонни. Очевидно, с точки зрения ИскИна, этот загадочный и чертовски красивый парень, сидевший сейчас напротив меня за столом, — не более чем придаток, что-то вроде щупальца. Ну, может, чуть сложнее по своей конструкции, но в сущности — ничем принципиально не выделяющийся среди десятков тысяч датчиков, манипуляторов, автономных модулей и прочих органов, которыми ИскИны постоянно пользуются. А теперь допустим, что манипулятор под названием «Джонни» уничтожен. Что это для ИскИна? Все равно что для человека остричь ноготь.
«Какая жалость», — подумала я. А вслух спросила:
— Так вы кибрид?
— Да. Привилегированный. У меня есть виза во все миры Сети.
— Хорошо. — Я услышала свой голос как бы со стороны. — Значит, кто-то... убил вашего кибрида и вы хотите, чтобы я выяснила кто?
— Нет, — ответил молодой человек. У него были рыжевато-коричневые вьющиеся волосы. Прическа... тут та же история, что и с акцентом, — я никак не могла идентифицировать ее стиль. Она показалась мне несколько старомодной, но где-то я ее видела.
— Вопрос не в том, — продолжал между тем Джонни, — что кто-то убил мое тело. Мой враг убил меня самого.
— Вас?
— Да.
— Вас как... о-о... Сам ИскИн?
— Совершенно верно.
Я ничего не понимала. ИскИны бессмертны. Во всяком случае, никто в Сети не слышал, чтобы ИскИн умер.
— Ничего не понимаю, — призналась я.
Джонни кивнул.
— В отличие от человеческой личности, которая — теперь, кажется, все пришли к этому мнению — перестает существовать после смерти тела, мое сознание принципиально неуничтожимо. Но в результате нападения произошло... как бы это сказать... прерывание. Хотя я располагал... ну, скажем, дубликатом памяти, кое-что было утеряно безвозвратно. В этом смысле напавший на меня совершил убийство.
— Понимаю, — соврала я и перевела дыхание. — Но почему же вы не обратились в вашу собственную полицию... если, конечно, у ИскИнов есть полиция... Или в киберполицию Гегемонии?
— Дело в том, — очень серьезно ответил юный красавец, в котором я изо всех сил пыталась видеть всего лишь кибрида, — что мне ни в коем случае нельзя обращаться в эти организации.
Я вопросительно приподняла бровь. Это уже напоминало моих обычных клиентов.
— Уверяю вас, — сказал он, словно прочитав мои мысли. — В этом нет ничего противозаконного. Ничего неэтичного. Просто... есть определенные препятствия, природу которых я не могу вам объяснить.
Я сложила руки на груди.
— Послушайте, Джонни. Вся ваша история звучит крайне неправдоподобно. Скажем, о том, что вы кибрид, я знаю только с ваших слов. А вдруг вы решили надуть меня?
На лице у него появилось удивленное выражение:
— Надо же, я об этом как-то не подумал. Как же мне доказать, что я тот, за кого себя выдаю?
Я тут же выпалила:
— Переведите миллион марок на мой текущий счет в банке «Транс-Сеть».
Джонни улыбнулся. Секунду спустя зазвонил видеофон, и передо мной появилось изображение человека с усталым и озабоченным лицом. Позади него в воздухе переливалась эмблема банка «Транс-Сеть».
— Простите меня, госпожа Брон, — произнес он, — но мы подумали, что, располагая... э-э... столь солидной суммой, вы, возможно, захотите ознакомиться с нашими долгосрочными гарант-опциями или воспользуетесь какой-либо маклер-программой?
— Потом, — сказала я.
Управляющий банком кивнул и исчез.
— А если это имитация? — не сдавалась я.
Джонни мило улыбнулся.
— Возможно, но весьма убедительная, не правда ли?
— Не очень.
Он пожал плечами.
— Хорошо. Но если я действительно тот, за кого себя выдаю, возьметесь ли вы за мое дело?
— Угу. — Я вздохнула. — Небольшая поправка. Моя работа не стоит миллион марок. Я беру пятьсот в день плюс издержки.
Кибрид кивнул.
— Значит, вы беретесь за мое дело?
