Профессиональное занятие наукой всегда было самым престижным среди всех человеческих дел, занимая высшие строки в «табеле о рангах», а приобщенность к ней – лестной в глазах окружающих. Иметь ученую степень или быть лауреатом научных премий, или хотя бы формально называть свой вид деятельности научным – всегда означало близость к человеческой интеллектуальной элите: приятнее носить орден, полученный на передовой, чем просто за выслугу лет! Сегодня к занимающимися наукой относят и тех, кто получает новые и достоверные знания о природе во всем ее многообразии и тех, кто просто классифицирует и толкует общественные явления или события, хотя второе, как будет показано ниже, к науке отношения не имеет. С чем связана такая мешанина и как в ней разобраться? Сделать это совсем не сложно, если, с одной стороны, не относиться к слову «наука», как к священной корове и, с другой, - вспомнить, что в одно и тоже слово, как это часто бывает, вкладывается совершенно различный смысл, если речь идет о разных видах деятельности. В большинстве случаев употребление слова «наука» в приложении к явной «ненауке» - безразлично, однако иногда, чтобы избежать непреднамеренных ошибок, лучше использовать разные слова. Оружием, например, называют и едкую иронию и ружейный штык – и тем и другим можно ранить и даже убить наповал. Но врядли стоит идти в штыковую атаку, вооружившись только басней Лафонтена! Плохо кончится! Столь же плачевным будет и результат, если руководствоваться в некоторых делах авторитетностью слова «наука», а не сутью. Например, не стоит с одинаковым доверием воспринимать достоверность интерпретаций и способность давать прогнозы гуманитарной и естественной наукой. А ведь обе претендуют на равную меру истинности, объективности и достоверности прогнозов, поэтому и называются одним и тем же словом – «наука», и научные звания – от кандидата наук до академика – звучат одинаково.
