Закончив роман, Владилен долго мучился над названием и наконец придумал — «Ничего, кроме мозга», а чтобы не бросать тень на научно-исследовательский род Чердыниных-Рунге, взял себе псевдоним «В. Рунин», намекая на то, что сочинение детективов — всего лишь временный отход от главной цели жизни — расшифровки знаменитой кимрской дощечки. Рукопись он отправил в популярное издательство «Эскимо», но ответа, конечно, не дождался, так как рукописи теперь не только не рецензируют и не возвращают, но даже не читают. Семь издательств, одно меньше другого, не ответили новоявленному Сименону. Помог, как всегда, Его Величество Случай. Владелец крошечного книгопечатного заведения «Пони-М» подарил на день рождения сынишке ангорского кролика, оказавшегося крайне неаккуратным зверьком. Отчаявшаяся жена попросила издателя принести с работы ненужную рукопись, чтобы выстлать чистыми листами клетку ушастого грязнули. И вот, вернувшись как-то домой, хозяин «Пони-М» застал своего трехлетнего наследника играющим с содержимым домашнего бара, а супругу — жадно читающей странички, предназначенные для гигиены мелкого домашнего звероводства.
— Где конец? — спросила она, завидев мужа.
— Что-о? — не понял тот.
— Немедленно! Я хочу знать, кто убил Подрамникова!
— Какого Подрамникова?!
— Последние страницы съел кролик! — в отчаянье крикнула жена.
— Хорошо, я позвоню автору… — задумчиво проговорил он и вскоре стал лидером отрасли.
Роман имел грандиозный успех, В. Рунин сразу выдвинулся в число самых популярных авторов. Даша оставила тяжкую работу в троллейбусном парке, в семью вернулся достаток, а под окнами появился новенький «Пежо». Затеяли евроремонт, а поскольку еще ни одно благоустройство жилища не укладывалось в первоначальную смету, пришлось Владилену снова отложить расшифровку рун и сесть за новый роман из цикла «Ничего, кроме мозга», страстно ожидаемый издателем и читателями.
…К Иллариону, получившему после раскрытия «кошачьего дела» известность, обратилась за помощью безутешная супруга профессора Сонина, которого арестовали за шпионаж в пользу третьих и даже четвертых стран. Оказалось, все новейшие разработки и даже научные идеи, забрезжившие в секретной лаборатории, руководимой Сониным, очень скоро становились достоянием наших геополитических партнеров (так теперь называют вероятного противника). Арест получил широкую огласку, журналисты писали один сенсационный репортаж за другим, а по телевизору часто показывали ученого предателя, грустно взиравшего из-за решетки на несправедливое человечество.
Сонин клялся на допросах, что невиновен, но никак не мог объяснить майору Дубяге, почему результаты его исследований тут же попадают за рубеж, словно это не строго засекреченное оборонное подразделение, а разнузданное реалити-шоу вроде «Дома-2». Имелась еще одна отягчающая улика: утечка началась два года назад, когда подозреваемый слетал в США по гранту Международной ассоциации «Ученые без границ», созданной четверть века назад нашим шпионом-перебежчиком К. А. Лугиным, который к 25-летию этой мироносной организации был награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени. Вернувшись домой, Сонин сразу написал докладную о том, как во время командировки его пытались завербовать, а именно: подсунули после фуршета кадровую красотку, однако он ее деликатно отверг, храня верность своей изначальной жене Леониде Гургеновне и двадцативосьмилетней аспирантке Лиане. Конечно, профессору не поверили — ведь в ельцинские годы государственные секреты продавали лихорадочно и по бросовым ценам, словно перед ликвидацией торговой точки. К тому же экспорт государственных тайн считался привилегией крупных чиновников и военачальников, поэтому Сонина решили наказать еще и за то, что он с суконным рылом полез в калашный ряд. Все вроде сходилось, удивляло лишь, почему с такой готовностью заокеанцы признали провал своего ценнейшего агента, душевно поздравив спецслужбы дружественной российской державы с большой профессиональной победой. Не-ет, с настоящими «кротами» так легко не расстаются…
