Так появился на свет Илларион Шкапов — аналитик Генштаба, тяжело раненный во время командировки в горячую точку и лишившийся почти всего: движения, слуха, зрения, обоняния, осязания… Подвижно-чувствительным остался лишь безымянный палец правой руки. Самоотверженная жена Маша, не бросившая Иллариона в беде, была убеждена: палец остался жив благодаря спасительному обручальному кольцу! Чтобы общаться с супругом, она самостоятельно изучила азбуку Морзе и, постукивая по чувствительной фаланге, рассказывала мужу-инвалиду обо всем, что происходит в квартире, во дворе, в городе, в стране, в мире… Так они и жили.
Но вот однажды в подъезде их дома случилось убийство: на ступеньках обнаружили застреленного разносчика телеграмм. У пострадавшего ничего не пропало, даже портмоне и мобильный телефон остались в кармане дорогого плаща фирмы «Барберри». Милиция только лениво развела руками. Маша, приглашенная следователем капитаном Дубягой на место преступления в качестве понятой, обо всем, воротясь домой, настучала мужу. Илларион, чей мозг, заостренный годами военной аналитики, изнывал без дела, выпытал подробности, а потом, обдумав полученную информацию, морзеобразно попросил супругу разъяснить кое-какие туманные детали странного преступления…
Маша, обрадованная, что муж снова заинтересовался внешней жизнью, задание выполнила. Убитый разносчик телеграмм оказался неким Подрамниковым, выпускником Школы живописи и ваяния имени Звияда Цинандали, великого русского монументалиста, трагически погибшего в Тегеране под обломками шестнадцатиметрового памятника аятолле Хомейни, подаренного мастером грандиозных форм иранскому народу в рассрочку. Памятник во время торжественного открытия варварски взорвали исламские фундаменталисты, случайно выяснившие, что этого бронзового колосса Цинандали год назад уже пытался под именем царя Давида всучить народу Израиля. Однако евреи сурово отклонили дорогостоящий гешефт, так как по каналам Моссада разузнали: на Украине монумент уже участвовал, правда, безуспешно, в конкурсе на лучший памятник князю Святославу — безжалостному погромщику несчастной Хазарии.
Сразу возник вопрос: зачем преуспевающий молодой живописец, чьи работы охотно покупали коллекционеры, стал разносить телеграммы? И тут Маша вспомнила: Ильмира, жена бизнесмена Хрустова, купившего целый этаж в их престижном доме, построенном Генштабом, часто выходила из подъезда с этюдником. Оказалось, она посещает платное отделение Школы живописи и ваяния, где проводят творческий досуг, учась правильно держать кисти и палитру, некоторые скучающие домохозяйки из обеспеченных семей. Сексологи пришли к выводу, что занятия живописью наиболее полно возмещают женщинам недостаток внутрисупружеских ласк.
Тогда Илларион выдвинул смелую версию: Подрамникова и Хрустову связывали близкие отношения, а разносчиком телеграмм художник устроился, чтобы, не вызывая подозрений консьержки, проникать в дом к возлюбленной. Ее муж, кстати, часто уезжал на гастроли: он был коммерческим директором и владельцем театра дрессированных кошек с характерным названием «Котовасия». В общем, все сходилось: молодого живописца убил ревнивый муж, застав любовников в минуту непристойности. Шкапов через Машу поделился своими соображениями с Дубягой, и тот радостно побежал докладывать начальству о раскрытии убийства. Словно подтверждая эту догадку, зародившуюся в оживленном мозгу Иллариона, Хрустов, несмотря на подписку о невыезде, скрылся и был объявлен в международный розыск.
Но что-то не давало Шкапову покоя, интуиция военного аналитика подсказывала: уж очень все просто получается. Вновь и вновь расспрашивал он жену, пока не всплыла одна пикантная подробность. Однажды, гуляя с собакой, Маша случайно подслушала, как Ильмира, садясь в «Лексус», резко упрекала мужа в холодности, а кошачий директор жалко оправдывался, мол, у него теперь одновременно два проекта и сил просто не остается. Ильмира же горько расхохоталась, заявив, что давно знает про дрессировщицу Стеллу — третий проект с четвертым номером бюста! Хрустов ответил, что он не против, если жена тихо заведет себе кого-то поприличнее и телесно успокоится. Все это явно не вязалось с версией о слепой вспышке ревности. И тогда Иллариона осенило: Подрамникова убила сама Ильмира, чтобы отомстить мужу за невнимание, навести на него подозрения органов, посадить и завладеть семейным бюджетом. Он сообщил об этом через Машу Дубяге, и капитан радостно побежал докладывать начальству о раскрытии убийства.
