В полдень, когда союзником огня стало палящее солнце, наступил критический момент. Уже дважды пламя прорывалось через поляну и достигало леса на горном кряже, а люди наваливались на него и тушили. Первый раз Фрут махнул в середину огня и хлестал огромной охапкой мокрых кустов в вихрях дыма и искр. К нему на помощь примчался Солл, и они усмирили огонь. Сами отделались ожогами. Сильно пострадал Аз. Когда огонь снова перешёл поляну, Аз кинулся в пекло, сбивая жадные языки, но вдруг оступился и упал. Подоспевшие разведчики отняли его у озверевшего огня. Теперь Аз лежал в тени и стискивал зубы, чтобы не стонать. А два юных охотника из лесного племени, изгрызенные огнём, отдали себя во власть духов.
Сын Гирра видел, что люди выдыхаются, теряют веру в победу, что они скоро будут сломлены. Грун вспомнил слова отца после поединка с Юмом. Отец тогда сказал: «Побеждают воля и вера». Грун считал, что надо продержаться, и не так уж долго!
— Люди лесного племени! — крикнул он. — Огонь слабеет. Он так жадно пожирает свою пищу, что скоро умрёт без неё.
Но заметно слабеть огонь начал только к вечеру, и всё равно его нужно было стеречь, а люди уже не могли двигаться. В это время прибежал гонец от Гирра и сказал, что помощь близка.
— Хвала духам! — заорал Грун. — Мы победили!
Аза, одного из сыновей Лата и двух разведчиков сын Гирра отправил в поселение. Их унесли на носилках. Грун и люди лесного племени ещё несколько дней и ночей стерегли большой огонь и тушили его, если он где-то оживал. В поселение победители большого огня пришли утром, когда из-за лесистого хребта вышел великий бог неба. Ночью прошёл дождь, и над поселением вспыхнула полная радуга, опираясь концами на Кабанье болото и Длинное озеро.
Бог неба сулил людям лесного племени удачу.
Как раз в том месте, где должны сойтись продолжения боковых стен, в потолке зиял пролом. Виктор подошёл к нему и вскинул голову. Над ним голубел клочок неба, как в глубоком колодце. Только этот колодец соединял каменный склеп с внешним миром, но до него метра четыре, если не больше. «Только бы добраться до потолка… Но как?..» — раздумывал Грачёв.
— Задачка! — сказал он, осознавая своё положение.
— Ачка, ачка, ачка… — эхом откликнулись своды пещеры, как в пустой квартире.
— Без паники! — приказал себе Виктор и начал последовательно обдумывать варианты спасения.
Вариантов три: ожидать помощь, разобрать заваленный выход, добраться до пролома в потолке. Надежды на помощь равны нулю. Ребята завтра уплывут на плоту, оставив ему лодку. А случайные люди сотню раз пройдут мимо и не узнают, что где-то в подземелье Витька Грачёв ждёт их помощи. Были бы дрова, можно развести костёр, дым, может, и привлёк бы чьё-то внимание. Значит, разбирать заваленный выход и складывать пирамиду против колодца, одновременно решая оба варианта.
В распоряжении Виктора топор, складешок, две коробки спичек, фонарик, котелок, кружка, ложка, на два дня продуктов и ненужные здесь рыболовные принадлежности. Нет дров и нет воды. Грачёв решил растянуть продукты на пять-шесть дней и работать в темноте. Спички и батарейку фонарика беречь на крайний случай. Приняв решение, он обошёл пещеру в поисках подходящего угла для «спальни» и сделал неожиданное открытие, которое его окрылило. Из расщелины задней стены сочилась вода, капала на пол, и в углублении скопилась лужица. Сюда он немедленно подставил котелок и подумал: «Ещё бы найти дровишек, мешок сухарей да ящик тушёнки, и можно жить». Но сразу одёрнул себя: «Не до шуток! Время работает не на меня!»
С ночного неба через дыру в потолке глядели в пещеру холодные далёкие звёзды, когда Виктор забрался в спальный мешок. Он спокоен. Камни завала разбирались легко, и под колодцем выросла стена-пирамида высотой ему по грудь.
