«Численно евреи были ничтожным меньшинством и никогда не превышали одного процента населения. Эти немногие, однако, стремились осесть в Берлине. В 1671 году там жило 50 еврейских семей, к 1800 году это число выросло до 3322, в 1900 году их было 92 тысячи, а в 1925 году был достигнут пик в 173 тысячи (во Франкфурте, где жила вторая по размеру еврейская община, их было 29 тысяч – в шесть раз меньше)». Но даже во время этого роста численности евреи никогда не составляли более пяти процентов населения Берлина. Правда, они сумели занять некоторые очень важные и престижные посты и были на виду. Они были невероятно влиятельны в коммерции и господствовали в таких гигантских банках, как Дойче, Дрезднер и Дармштадтер, а также владели огромными универсальными магазинами, например Вертхайм, Тиец и Кауфхаус Израиль. Евреям принадлежали самые значительные газетные концерны и даже, в определенном смысле, сама эффектная берлинская культура двадцатых годов – культура, в которой доминировали такие личности, как Макс Рейнхардт, Бруно Вальтер и Альберт Эйнштейн, была еврейской культурой. «Для евреев, естественно, это было предметом гордости, и не один еврейский писатель той эпохи отметил, что из всех Нобелевских премий, полученных немцами в первой четверти века, четвертая часть была получена немецкими евреями. [После 1933 года из Германии эмигрируют двадцать евреев – лауреатов Нобелевской премии.] Однако многие неевреи, даже те, кто решительно утверждал, что не имеют ничего общего с антисемитизмом, видели в этом расцвете еврейской жизни силу чуждую и смутно угрожающую»236.
Читая о нацизме и холокосте, неожиданно обнаруживаешь, что в книгах для рядового читателя почти ничего не говорится о самом еврейском народе, его характере, деятельности, как сейчас, так и в давние времена. Много книг или глав из книг посвящены попыткам анализировать и объяснить холокост, во всяком случае, уделить достойное внимание этому чудовищному событию, но его жертвы остаются для читателя практически неведомыми. Даже Иоахим Фест, самый проницательный автор, если говорить о характеристике Гитлера или о войне, едва касается этой темы. Лишь несколько современных авторов, например Майкл Бурлейгх и Джон Вайсс, действительно стараются понять, кем же в действительности были немецкие евреи, как они жили и, самое важное, насколько вескими были те обвинения, на основании которых их истязали и убивали.
Правда ли, что евреи были одним связным, монолитным телом, стремящимся осуществить свою четкую расовую цель? И правда ли, что для этого они сосредоточили в своих руках деньги всего мира и пытались посадить на трон Разум, обоготворить его, ослабляя и разрушая тем самым все традиционные ценности? Это утверждал Гитлер. Он также говорил, что социализм и коммунизм, дети Просвещения, являются, очевидно, их инструментами, равно как и капитализм в придачу с так называемым «прогрессом» – все это создано для того, чтобы поработить мир, раздробить его и привести к гибели. Евреи пробрались на высшие посты с тем, чтобы прибрать к рукам власть в Германии и превратить ее в одну из своих мировых колоний. Они спровоцировали Первую мировую войну, но не рисковали своей шкурой в окопах, а вместо этого делали карьеру и обогащались, используя создавшуюся ситуацию. В конечном счете они попытаются овладеть всем миром и править им по праву избранного народа. Тогда на трон взойдет антихрист, и мир погибнет.
«В нацистском языке “евреем” назывался некий тип, под который подпадали любые евреи, будь то с востока или с запада, мужчины или женщины, мирские или религиозные, ассимилированные, неассимилированные, буржуазия и пролетариат. Согласно нацистской идеологии, даже крещеные евреи несли клеймо существ низшего типа крови. Евреи считались полной противоположностью немецких «арийцев», это была антираса, по природе своей разрушительная и паразитическая, инструмент распада»237. Эти слова Роберта Вистрича подтверждает Поляков: «“Евреи” и “иудаизм” – и это нужно повторять опять и опять – были просто словами; реальные люди, стоящие за ними, были настолько различны, что, пожалуй, их единственным общим качеством было то, что они не являлись христианами»238.
