Итак, проблема, с которой столкнулись британские клубы, заключалась в том, чтобы, по возможности не запачкав рук, нанести удар в спину белым, призывавшим Британию оказать им помощь ради сокрушения «богопротивных красных чудовищ». То, что впоследствии сделала Британия с помощью Америки при гнусном соучастии Франции и Японии, которым вообще не следовало участвовать в этом антиевропейском заговоре, было имитацией вступления в войну на стороне белых против красных, потребовавшей весьма ограниченных материальных и людских ресурсов. Так, операция саботажа путем отказа от помощи — но лишь притворного участия в сражениях — была замаскирована под военную интервенцию ради помощи белым; тайной и истинной целью этой фальшивой интервенции было заставить белых драться в невыгодных для них условиях, предательски сводить на нет их преимущества, готовить пути отступления и, наконец, эвакуировать союзнические контингенты, взвалив вину за поражение на мнимую военную несостоятельность белых армий. Всему этому было суждено обернуться еще одной неописуемой катастрофой, устроенной западными элитами и вылившейся не только в ужасающие потери русских жизней, но и в демонстрацию убийственной лживости и двуличности западных правительств, спровоцировавших это неслыханное бедствие и сумевших оправдать его в глазах своего электората.
Согласно пожеланиям морских держав большевики теперь овладели регионом, охватывавшим сердцевину евразийской «суши», то есть Западной Россией с ее семидесятимиллионным населением — половиной всего населения страны. Теперь оставалось только следить за первыми шагами этого новорожденного государства и направлять его первые шаги. Как и было им обещано, Ленин заключил мир с Германией (Брестский мирный договор от марта 1918 года), и перемирие на Востоке несколько осложнило игру.
1 Германия, как мы видим, оказалась в состоянии «мира» с большевистской Россией в марте 1918 года; теперь она могла перебросить расположенные на востоке дивизии на Западный фронт. Для того чтобы парировать эту неприятность, Британия вовлекла в войну Соединенные Штаты и таким образом закрыла бреши Западного фронта массой американского подкрепления.
2 В июне 1918 года главной угрозой в глазах союзников стала возможность нарушения Германией Брестского мира, после чего немцы могли обрушиться на ненавистных большевиков, заключив союз с бывшими своими противниками — но родственными им по духу царскими генералами, — создав контрреволюционный белый интернационал на просторах евразийского центрального региона. Немцы действительно стали продвигаться в этом направлении, направив войска в Финляндию, в Прибалтийские государства и на Украину, чтобы поддержать белых в борьбе с красными армиями (50).
3 Предстояло преодолеть большие трудности, чтобы объяснить обществам либеральных демократий, чьей raison d'etre была священная защита частной собственности, что большевизм, целью которого было полное уничтожение этой собственности, представлял собой меньшее зло по сравнению с Белым движением. Это было сделано с помощью надуманного тезиса о «белой автократии» — отвлекающего маневра, который один раз уже использовали при низложении царя Николая в марте 1917 года*.
* См. главу 1, стр. 59.
Элита надеялась, что средний западный человек куда больше устрашится своих мнимых представлений о хорошо ему знакомом пугале в виде дикого боярина, чем совершенно неведомой ему фигуры «обобществляющего имущество комиссара».
4 В действительности морские державы с нетерпением ожидали усиления ленинского режима, с тем чтобы он со временем стал непреодолимым препятствием на пути распространения германского влияния.
5 Для противодействия угрозе, указанной в пункте 2, то есть в случае возобновления германского наступления в России, предполагалось немедленно вновь открыть Восточный фронт.
6 Белых надо было любой ценой заманить в объятия союзников, дабы избежать любого соблазна сближения белых генералов с немцами, и затянуть в первых в бои с красными, чтобы перемолоть в длительной гражданской войне. Другими словами, от союзников требовалось осуществить легкую военную интервенцию в узловых точках евразийского центрального региона. Заняв эти ограниченные, но выгодные плацдармы, союзники получали выгодную возможность следить за поведением белых.
7 Если бы не удалось ослабить белых — лучше подготовленных солдат — настолько, чтобы те потерпели поражение в борьбе с красными, то есть если бы возникла угроза победы белых в гражданской войне, то следовало всеми силами расколоть Россию на столько враждующих между собой регионов, сколько было белых командующих (51).
План был труден, но в целом выполним.
