— Прошу прощения, — сказал смущенный Елис и потянулся к верхнему ящику стоявшей у кровати тумбочки, откуда извлек довольно увесистый тюбик смазки. Пока он смазывал себя, Гюнтер вытащил свой здоровенный член, уже стоящий колом, и велел:
— Давай сюда, лей больше.
— У вас такой большой… — как-то благоговейно выдохнул омега, глядя на его прибор с известным сомнением.
— Справишься? — уточнил Гюнтер.
— Да, все в порядке, — кивнул омега, но в голосе его проскальзывала неуверенность.
Гюнтер не стал ничего предпринимать, позволив ему самому попытаться обустроиться на своем причиндале. Омега, выжав еще смазки из тюбика, попробовал сам на него сесть, но чудовищно здоровая головка никак не хотела проскальзывать внутрь. Он пробовал снова и снова, но с таким же неудовлетворительным результатом. Видя его мучения, Гюнтер притянул его к себе, погладил по пояснице, шлепнул легонько по попке разок-другой и с размаха вонзил в него пальцы так, что бедняга закричал на весь притон.
Гюнтер работал пальцами быстро и качественно, ловко до нужной степени расширяя дыру. Вместе с этим он выпускал свои феромоны, дурманящие несчастного омегу и делающие его послушной секс-игрушкой в руках альфы. Без этого у них едва ли что-то бы получилось: если этот тонкий и слабый парень не будет опьянен страстью, не сможет он принять в себя такого монстра, даже если очень постарается. Не переставая дурманить партнера, Гюнтер умело насиловал его зад пальцами, доводя до полного исступления. Омега ерзал на нем и стонал в голос. Гюнтер разнообразия ради временно заткнул его рот поцелуями, чувствуя, как он начинает источать весьма соблазнительный аромат, как тело его горит, как пальцам становиться просторнее, и как небольшое, но твердое хозяйство омеги упирается ему в пупок. Гюнтеру стало ясно, что тот готов. Он вытащил пальцы, похлопал его снова по попке и легко сбросил себя, вставая с постели.
Омега, в обессмысленном взгляде которого была лишь голая похоть, понял все без каких-либо указаний и встал раком, выставив вперед пятую точку. Гюнтер обосновался сбоку кровати и развел ему пошире булочки, пристроил свой пульсирующий от нетерпения член и, снова помогая пальцами для растягивания заднего прохода, кое-как ввинтил ему в зад головку. Дальше пошло легче. Присунув где-то на треть длины, Гюнтер остановился, помял его руками, погладил живот и член и осведомился, можно ли ему двигаться дальше, при этом он напустил еще феромонов, и сведенный с ума всем этим омега только простонал: «Да, господин, не останавливайтесь!»
Гюнтер поделал круговые движения и продолжил проталкиваться вглубь, стараясь не торопиться. Елис стонал и обливался слезами, но все еще просил не останавливаться. Гюнтер ухватил его за таз своими ручищами и резко притянул, входя до конца. Подождав пару секунд, ибо больше сил терпеть уже не было, он начал с трудом двигаться в узком, плотно обжимающем его член заднем проходе омеги. Через несколько толчков внутри у того вдруг весело захлюпало, и двигаться стало легче. Разогнавшись, Гюнтер стал наяривать его от души, вгоняя по самые яйца. Омега кричал и метался, кажется, у него начиналась истерика.
Гюнтер драл его все сильнее, уже плохо соображая сам, что творит. По ногам омеги и его собственным ручьями текла растаявшая смазка, но Гюнтер не обращал на это внимания, вбиваясь в его попку с таким азартом, что рисковал ее всю разорвать. Чувствуя приближение оргазма, он инстинктивно ухватил партнера за маленький член и сильно потеребил его, заставляя кончить одновременно с собой. Их общий фейерверк сладострастия сопровождался такими звуками, что им невольно позавидовал весь бордель. Перепачкав до полной негодности простынь, Гюнтер и Елис повалились рядом и отключились.
Кода Гюнтер пришел в себя, он увидел, как лежащий с ним рядом омега бьется в лихорадке. Стоило ему прижать его к себе и попробовать губами лоб, как тот задышал ровнее и начал успокаиваться. Наученный тяготами войны, Гюнтер худо-бедно умел оказывать первую помощь. Он осмотрел парня, чтобы убедиться, что ничего ему не повредил. Ощупав руки-ноги и прочее, взглянул на «нижний этаж» и увидел, что тот сочится влагой так сильно, что постельное белье быстро вокруг намокает. Бьющий в нос сладкий аромат не оставлял сомнений в том, что у омеги началась течка. Гюнтер ни разу еще не видел такой бурной течки, но списал это на счет того, что слишком сильно растряс его, вертя на своем здоровенном члене. Елис из последних сил ухватил его руками за могучую шею и прошептал, неровно дыша:
— Пожалуйста… еще… Это так прекрасно!
— Сам напросился, — невозмутимо сказал в ответ Гюнтер, однако чувствуя, как у него снова встает. Сладкий аромат омеги так сильно его пьянил, что он совершенно не был уверен в том, что не покалечит его.
Течка сделала свое дело. В этот раз Гюнтер вошел без проблем, и они сразу начали совокупляться столь безудержно, что под ними едва не сломалась кровать.
— Хочу спустить в тебя все! — рычал Гюнтер.
— Да, господин, сделайте это! — стонал омега. — Спустите в меня все до последней капли!