Кто есть кто, понять было не сложно. Бывший подчинённый князя Багратионова был не молод, но ещё очень далек от старости. Его взгляд был твёрд, но сам он ощущался, словно ветер, буйный, непокорный ветер. Его аура напоминала собой сокола, или орла. Опасного воздушного хищника. На земле он не столь опасен, но вот в небе… Эти ощущения полностью подтверждали его досье. Военный пилот. Больше сотни вылетов, многие десятки сбитых противников. И судя по характерным следам на руках, небольшому масляному пятну на манжете, он ещё и отличный техник. Пётр Иванович не поскупился, один этот человек стоил больше чем десяток машин и самолётов. Дай этому пилоту один самолет, и он в первом же бою покажет, что из себя представляет.
Немец был слеплен из совсем другого теста. Боец на грани становления Альбедо. Причём, судя по моим ощущениям, он далеко не полностью освоил свой потенциал. Он не застопорился в развитии, просто ещё не прошёл свой главный рубеж. Но оно и неудивительно, ведь боец развивается не только в бою. Ему нужно ещё и медитировать, тренироваться, познавать себя. А этот человек, увы, не познал себя. Его аура похожа на глухую металлическую стену с сотней металлических копий, направленных вовне. Его воспитала война. Он и есть война. Его тело, те участки, что доступны моему взгляду, сплошь покрыты шрамами. Неудивительно, что он не прошёл порог Альбедо. Ему просто некогда было остановиться, чтобы обратить свой взор вовнутрь. Ему повезло, что его направили ко мне. Теперь это мой человек, и он станет сильнее.
— Представьтесь, — произнёс я, спустя минуту тишины.
— Андрей Ветров, Ваша Светлость, — первым ответил пилот.
— Ганс Бауэр, гер Михаил, — следом произнёс боец.
— Из крестьян? — вскинул я одну бровь, припоминая смысл заложенный в фамилию немца.
Вопрос явно не понравился мужчине, это было видно по тому, как он поджал губы. Однако же, никакой другой реакции не последовало. В ответ он просто кивнул.
— Пилот-ас и боец, действующий на земле. Что вы между собой не поделили? Хотя нет, не говорите, дайте угадаю. Ребята Ганса задирают остальных, считая, что раз у них гораздо больше боевого опыта и физической силы, то они лучше остальных? Так?
— Если позволите, Ваша Светлость, у меня и моих парней, также в достатке боевого опыта, — произнёс Ветров, чьи глаза немного сузились после моего вопроса.
— Как и у парней Игната, — пожал я плечами. — Берёзов служил на границе, ровно, как и все его люди. Я лично поставил каждого из них на ноги. У них в достатке боевого опыта, им прекрасно знаком запах пороха и крови. И всё же, он здесь вместе с вами. Как мне кажется, далеко не за компанию. Ведь так Игнат?
— Уже были прецеденты, когда дело доходило до драк, — спокойно, даже безэмоционально ответил парень.
Даже так? Уже и до драк дошло. Это несколько меняет дело. Думал, что всё обойдётся разговором и последующей кропотливой работой. Но нет, придётся действовать куда более радикально.
— Знаете что забавно? Единственный кто в этой комнате не воевал, это Алексей, — кивнул я на Алексиоса, что с момента начала разговора так и не проронил не единого слова. — И всё же, его вы слушаетесь. Ведь так?
— Гер Алексей, член рода, поставленный на это место вами, — словно оловянный солдатик отчеканил немец. — Перечить ему, есть не уважать вас.
— Да? — наиграно мягко спросил я, после чего резким движением поднялся из-за стола, да так что во все стороны от меня ринулся ветер. Настоящие эмоции прорвались сквозь выставленный мной барьер, всколыхнув природные потоки энергии в этой комнате и даже за её пределами. — Драться между собой, как дворовые псы, вот что является неуважением! Скалить зубы в улыбке, подначивая собственных товарищей, вот что есть неуважение!
Аура силы старшего магистра, подступившего к порогу Гласа Плеяды, прижала всех присутствующих. Кого-то больше, кого-то меньше. Но прижало всех. Благо, что этим самым присутствующим достало мозгов не пытаться сопротивляться. Хотя на один миг мне показалось, что немец проявит свою натуру.
— Я так понимаю, уважаемый мной канцлер прислал элиту, рассчитывая усилить мой род. Однако он не рассчитывал, что его подчинённые распустятся, почуяв вольный ветер в моё отсутствие.
Пару мгновений я всё ещё продолжал давить на подчинённых голой силой. Причём давил на всех целенаправленно. Они все должны усвоить, что разницы меж ними нет. И единственный кто вправе решать тут, это я и никто больше. Я здесь глава, и даже если меня нет, мои приказы должны выполняться неукоснительно. Иначе, последует наказание. Справедливое наказание. За праведную службу поощрять, за отступничество карать. Таков был мой отец, таков и я. И только поэтому, заклинатели бурь, лучшие боевые маги Кальмалийской империи, даже в другом мире последовали за мной не смея перечить.
— В тренировочный зал, — отдал я приказ, успокаиваясь. — И соберите всех гвардейцев там. Всех без исключения.
Я увидел, что в глазах всех офицеров возник немой вопрос, но мой приказ не имел двойных трактовок. Всех значит всех, включая посты и техников.
