— Я хочу помочь, — произнёс юноша, прося глазами дозволения.
— Тогда пойдём со мной, — кивнул я, и направился в сторону лестницы, ведущей во внутренний двор, туда, где стоит звёздная стела.
Внутренний двор встретил нас тишиной и спокойствием. Над землёй клубился легкий туман, но ничего общего с природным явлением он не имел. Всё вокруг было буквально опутано незримыми нитями охранных заклинаний. Мало кто из живущих на этом свете смогут безнаказанно пройти сюда, если им это не дозволено. Даже та парочка Тёмных, напавших на Академию, приди они сюда в полной своей силе, вынуждены были бы достаточно долго пробиваться к стеле с боем.
— Ваше Величество, — поднялся с земли один из заклинателей бурь, несший службу у стелы. Ещё один немаловажный фактор, изменившийся совсем недавно. Теперь, в саду постоянно дежурит один заклинатель, который следит за охранными плетениями, подпитывает их и при необходимости создаёт новые.
— Меня так и не короновали Алмэрин, так что не стоит так ко мне обращаться, — произнёс я, лишь на мгновение почувствовав болезненный укол от подобного именования. — Тем более, что в этом мире, и в этой стране в частности, мало кто поймёт тебя правильно. Здесь я ношу фамилию прошлой династии, фактически, являясь её наследником. У меня договор с правителем этой страны. Будет неправильно, если кто-то подумает, словно я претендую на местный трон.
— И всё же, для меня вы мой император, — склонился едва ли не в пояс заклинатель, после чего выпрямился и улыбнулся. — И если вы того желаете, я буду именовать вас на местный манер, Ваша Светлость.
— Так будет правильно, — кивнул я ему. — А теперь, начнём подготовку.
— Уничтожим тёмного выродка, — расплылся в улыбке Алмэрин и взмахом руки заставил расступиться туман вокруг нас. Тот сгустился и ручейками потёк в укромные ниши, созданные в стенах здания. Никто и не думал убирать защиту. Мы лишь сделаем так, чтобы враг, оказавшийся в святая святых, не заподозрил капкана.
Между тем, Эмилиано подошёл ко мне с раскрытым дневником. На его развороте, сразу на двух листах, которые он развернул ещё несколько раз, находилось изображение чрезвычайно сложного и запутанного заклинания. Энергетическая ловушка. Я узнал его мгновенно, потому как сам же и помогал юноше переносить изображение на бумагу из одной древней книги.
— Я освоил это заклинание, учитель, — не без толики гордости в голосе произнёс парень.
— И когда успел? — удивился я его словам.
— Вчера, — улыбка не сходила с лица юноши. — Наблюдал за Потапычем и его пространственной магией. Это удивительно умный и интересный зверь. Наблюдать за ним было полезно. Я хотел бы сотворить это заклинание, под вашим руководством, учитель. Это ведь поможет делу?
— Да, поможет, — кивнул я в ответ на его вопрос. — Ведь я и сам собирался использовать именно это плетение. Приступай, а я проконтролирую.
Спустя примерно час всё было готово. Стела всё также была защищена, но добрую часть заклинаний пришлось сместить. На словах, казалось бы, ничего сложного. Просто сдвинуть защитные контуры. На деле, пришлось постараться, перемещая плетения таким образом, чтобы они не повредились и не развоплотились. И всё же мы это сделали. Я и Алмэрин. Эмилиано же в это время был занят созданием ловушки. Она расположилась аккурат под тем местом, где перед стелой предстанут слуги и воины рода Влахос. Её свет не коснётся их лика, того удостоится лишь Дорофей, его сестра и Эмилиано. Но даже так, они будут присутствовать здесь. Все до единого. И этим надо воспользоваться.
— Ты славно постарался, мой ученик, — потрепал я по голове юношу, сотворившего то, чего не смог бы сделать ни один маг в этом мире, исключая разве что меня самого и некоторых ублюдков из тёмной братии. — Сегодня, ты станешь сыном рода Медведевых. Великая Антарес будет рада принять тебя в свои объятия. Предупреждаю, тебе будет больно. Но через эту боль, ты станешь ещё сильнее.
— Я справлюсь, учитель, — серьёзно кивнул мальчишка. Правда вот, обезьянка, скачущая на его плече, выдавала его истинные эмоции.
Солнце так и не успело взойти, когда Дорофей и все прочие Влахос оказались в саду. Мальчик был одет в свои лучшие одежды, из тех что у него оставались после побега из родной страны. На руках он держал свою сестру. Та потирала глаза, но даже и не думала плакать из-за раннего подъема.
Люди шептались, стоя чуть в отдалении от стелы, тогда как глава рода и его единственный родственник стояли прямо перед стелой. Пожалуй, только сейчас до многих дошло, к кому Григориос их привёл, и кого попросил о помощи их глава. Стела рода Медведевых во много раз превышала размеры стелы Влахос. Я не говорил этого, но отчасти, моё решение о принятие клятвы было продиктовано также и тем, что Влахос почитали Великую Антарес. И видят звёзды, я удавил бы сам себя, если бы не вернул этих детей под её свет.
