— Итак, господин Ласло. Меня зовут Халлар, и я бард. Хотя сначала пытались учить именно на шамана, поскольку признаки Дара у меня все-таки есть. А вот сам Дар так и не раскрылся. Зато раскрылся другой: я могу повторить любую мелодию, хоть раз в жизни её услышав. Оба учителя были из тех целителей, кто считал, что заклинания необходимо петь. А также, что нет устоявшегося порядка слов — каждый целитель должен применять свой набор заклинаний, наиболее подходящий под него, его чувство ритма и произношение.
— Как интересно… — Ласло соединил кончики пальцев. — Присаживайтесь, сударь. Вы сказали — заклинания, которых я не знаю. Но я знаю довольно много заклинаний, так что будет проще, если вы перечислите то, что вам известно, а я смогу понять, можете ли вы быть мне полезны.
— Скорее наоборот, — ответил бард и сел на предложенный стул, сняв с плеча неизменную лютню. — Дело в том, что я не зря говорил про свой основной талант — запоминать и повторять любую мелодию. Меня хоть и учили шаманы, но достаточно скоро они отступились — узнав про отсутствие Дара. Поэтому мы начнём с основной десятки заговоров — то, что знаете и вы, и я. А потом перейдём на то, что посложнее.
С этими словами он заиграл достаточно странноватую, но прилипчивую мелодию. Следом последовали слова заговора "на исцеление ран", но почему-то не в том порядке и не с тем значением, что привык шаман.
— Но так же заговор не сработает! — возмущение Ласло можно было намазывать на хлеб вместо масла.
— Тем не менее он работает и достаточно эффективно, — ответил Халлар. — Дара у меня нет. Зато он есть у вас. Попробуем на деле? Найдётся какой-нибудь нож?
Конечно же, нож нашёлся — ритуальный, но достаточно острый. Ласло использовал его в основном для жертвоприношений собственному желудку — нарезал им говядину.
Удостоверившись, что он не заденет какую-нибудь вену, Халлар быстро поцарапал себе предплечье. Царапина тут же заполнилась бусинами выступившей крови.
— Итак, заговор на исцеление ран. Рана… Сойдёт и такая. Сосредоточьтесь на своём Даре. Не произносите ни слова. Музыка, слова и заговор мои. С вас только Дар.
И мелодия снова повторилась. Потом повторились и слова, что Халлар превратил в песню. А дальше… Дальше, по мнению Ласло, произошло чудо. Чудо, которому уже был свидетелем Саркан. И которому так и не сумел найти подтверждения Калман.
Царапина исчезла, оставив после себя только капли выступившей крови.
— Как-то так оно и работает, — Халлар поднял взгляд на целителя. — Но это вы знаете и так. Поэтому мы сделаем следующее. Вы мне повторяете все заговоры, которые вы знаете или когда-либо слышали, даже если они не работают. Я ищу в них мелодию, и мы их разучиваем. Вместе.
— Это потрясающе, — с губ шамана сорвался свистящий шёпот. — Я молчал, но лечение сработало. Теперь я понимаю, как вы смогли добиться исцеления господина Саркана. Он вообще не должен был выжить после такого удара по голове, так что вы совершили настоящее чудо. Я был почти уверен, что это было везение, что какой-то сильный дух пожалел его, или, может быть, ему понравилась ваша игра, и он так отблагодарил вас… Но то, что вы делаете, не укладывается ни в какие рамки нашего искусства! Как это у вас получается?
— Музыка, — без тени сомнений ответил бард. — Музыка и Дар творят чудеса. Впрочем, меня учили что главное в заговоре — это мелодия. И что слова придут позже. Есть ли какой заговор, что у вас не получается?
Шаман задумался. Потом встал, на цыпочках подошёл к двери, резко её открыл и выглянул в коридор. Цапнул за ухо поварёнка, который подслушивал за дверью, отвесил ему подзатыльник и пригрозил:
— Ещё раз поймаю — прокляну!
Мальчишки тут же и след простыл. Ласло вернулся на своё место, но всё равно понизил голос, чтобы из коридора нельзя было разобрать ни слова.
— Есть одно заклинание, которое не даёт результата. Барон очень хочет наследника, но он бесплоден. Его жена давно вышла из детородного возраста, и он тащит к себе в постель прислугу. Но до сих пор ни одна женщина не понесла от него. Если ты знаешь, как этому помочь, барон нас обоих озолотит.
Теперь задумался бард. В свой талант он верил твёрдо. В то, что ему удастся привести в порядок неработающий заговор — тоже. Но… Вот стоило ли это делать? Особенно в плане возвращения барона Андриса. Но даже если ребёнок успеет родиться и его каким-то образом смогут сделать флагом восстания против Барона? Нет, шансы на это есть, и они даже не исчезающе малы. Впрочем, против этого тоже есть свои средства. А пока… Пока надо зарабатывать очки. А значит…
— Давайте свой заговор. Читайте так, как делаете это всегда, с теми же интонациями. А я попробую выловить в нем музыку.
Только глубокой ночью, после внезапного зевка, шаман наконец опомнился.
— Скоро петухи запоют, а мы ещё и не ложились, — он всплеснул руками. — Так, всё остальное — завтра, когда как следует выспимся. Тут у меня есть ложе для больных, оно сейчас пустует. Занимай его, чтобы по замку ночью не разгуливать, стража этого не любит…
