— Когда ты вернёшься, и если тебе захочется рассказать, я выслушаю, — пообещал Ицкоатль. — Тебя проводить до ворот города?
— Не надо, расстанемся здесь, — ответил бард. — У нас говорят "дальние проводы — лишние слёзы". Да и у тебя, наверное, дел много.
Ицкоатль не стал настаивать. У него действительно были дела на рынке и в библиотеке, но не настолько срочные, чтобы он не мог отложить их ради лишних минут, проведённых с побратимом. Однако если тот против…
Попрощавшись, Обсидиановый Змей первым покинул таверну. Ему нужно было найти деревенских торговцев овощами и зерном, чтобы расспросить о культурах и урожайности.
Тяжело отказываться от своей привычки к одиночной жизни, пусть даже теперь ты никогда не будешь один — у тебя есть брат и дух, который к тебе, в общем-то, привязан такими узами, которые человек порвать не в силах. Именно поэтому бард предпочёл расстаться в таверне, и сейчас быстрым шагом шёл к воротам. Ему предстояло прошагать в быстром темпе часа три, прежде чем он пересечётся с днёвкой обоза в Агостон.
Крестьяне не сразу поняли, чего желает странный господин с вышитой дубинкой барона на камзоле. Ицкоатлю пришлось несколько раз повторить на разные лады свой вопрос: есть ли среди того, что они выращивают, то, что может дать два урожая за сезон? Удивление их было совершенно неподдельным, но они добросовестно принялись объяснять господину из замка, что два урожая — это совершенно невозможно.
— Посеять-то можно, есть ранние растения, — втолковывал ему старик с окладистой бородой, в которой запутался стебелёк щавеля. — Но вызреть не успеет. Вот сейчас почитай осень начинается, скоро дожди зарядят, холодно станет, зацвести успеют растения, а вызреть — нет. Под снег уйдут, погибнут.
Ицкоатль был озадачен. У себя на родине он привык к нескольким урожаям за год. А здесь, получается, только один можно было взять? Это требовало серьёзного пересмотра его планов. Что проку собирать большое войско, если ты не сможешь его прокормить?
Но он внимательно рассмотрел всё, что продавали селяне, расспросил о каждом растении и запомнил всё, что ему сказали. Ценного там было немало.
Поблагодарив старика и его соседей по рынку, Обсидиановый Змей отправился прямиком в замковую библиотеку. И на этот раз его интересовали не карты и отношения с соседями. Он искал труды по ведению хозяйства и выращиванию продовольствия. Привычных ему растений тут почти не было, если не считать тыквы и бобов. Нужно было как следует подумать над тем, что будут выращивать и есть его люди.
Библиотека не слишком ему помогла, но кое-что полезное Ицкоатль всё-таки нашёл. Записи старых баронов, отца и деда Андриса. Они делали заметки по годам — какая была погода, что уродилось, на что был неурожай. Дед к тому же был новатором, закупал в порту Агостона семена заморских растений и сеял их, чтобы посмотреть, что из этого получится. В большинстве своём не получалось ничего — растения погибали из-за неподходящего климата. Но некоторые прижились, и среди набросков Ицкоатль с волнением увидел семена фасоли.
Опасаясь не услышать ответа, он окликнул духа.
"Элек?"
Дух возник рядом, словно сгустившись из воздуха.
"Что ты хотел?"
Ицкоатль ткнул в корявый рисунок на пожелтевшей бумаге.
"Будете в Агостоне — попроси побратима поискать такие семена. Это фасоль. Она очень мне нужна. Мешочка в пару пригоршней на первое время хватит".
Элек внимательно изучил зарисовку и кивнул. А потом растаял, словно его здесь и не было всего мгновение назад.
Ицкоатль вернулся к прерванному занятию. Тыквы он вписал в свой список первыми. В подходящих условиях они могли храниться довольно долго, были вкусны, готовить их было просто. Следующим в списке оказалось просо. Ицкоатль прочёл о нём, что оно неприхотливо, созревает всего за шестьдесят дней, если его посеять на солнцеворот, и очень урожайно. Но зерно у него было мелким, и крестьян не заинтересовало — как и фасоль, которую они попытались есть зелёной, как горох, и потом страдали животом.
Мелким зерном Ицкоатля было не напугать, а отзывы о каше из проса старый барон оставил самые благоприятные. Она оказалась и вкусной, и сытной. То, что нужно. Решив, что о семенах он попросит побратима позже, Ицкоатль вернулся к работе.
Горох и бобы тоже попали в список, как и капуста разных сортов. Туда же отправились репа, которую можно было есть и сырой, и варёной, и жареной, и даже солёной, морковь, с которой квасили капусту и варили похлёбки, и разнообразная зелень. Лук и чеснок были для Обсидианового Змея в новинку, но привычный ему перец здесь был дороже золота, это было только для господ, а пресная еда быстро приедается, так что их острый вкус пришёлся бы как раз кстати.
Ицкоатль как раз отложил перо, когда в библиотеку заглянул поварёнок.
— Господин Саркан, Джизи обедать зовёт! И она сказала, мне с вами тренироваться можно!
