Котоврас говорил об искуплении путем преодоления длинного пути. А Ольжичь давил на зависть в сердцах некоторых магистров, по отношению к возросшим силам чародея, в его выступлении часто звучала фраза: "наказание стало милостью". Но, исходя из того, что возвращение из изгнания в Аутленд не воспрещено, а приговор суда был приведен в исполнение, на чародее Тимофее Всеславовиче Мельнике вины нет. А по сему он свободен и ему будут возвращены все соответствующие звания, после подтверждения ранга. Среди магистров было не мало тех, кто откровенно был против подобного решения и призывал к более жестоким мерам. На подобные призывы Ти отреагировал адекватно. Он заявил, что примет вызов любого мага. Но желающих сразиться с чародеем не нашлось, и заседание было объявлено закрытым.
Глава X. Дела Сердечные.
У меня осталось много вопросов к Ти, но время задавать их еще не пришло. Я назначил встречу Веронике в полюбившейся мне "Нави". Я решил совместить приятное с еще более приятным (как я думал). В этом же кабачке собрались друзья Тимофея, что бы отпраздновать его возвращение. Я пришел первым, и сел возле барной стойки ожидая Веру. Она заставляла себя ждать. В зал вошли ведьмы Кати и Свезара их кавалеры остались на улице. Я решил тоже подышать свежим воздухом. Как я и думал, Кет была в сопровождении Анатоля, а вот Свезара пришла с Вальдемаром. Я был рад видеть друида и быстренько поделился с ним своими планами на вечер относительно Вероники. На что Вальд, только покачал головой и скептически сказал:
-Алчи, она не для тебя. Поверь мне ты не найдешь с ней счастья. Я же говорил тебе об одиночестве некромантов и ...
-Но ты ведь тоже, как и я носитель древнего искусства, почему же ты и Свезара?..
-Да по тому, что это наша природа, и в ней и во мне "зов лесов". Это эмоциональная связь, не думай что это банальный секс. Нет! Но вы некромаги не способны...
-Любить! Ты так думаешь.
-Нет, нет. Что ты, я хотел сказать дарить свою любовь. Ты любишь ее, но она ни когда не ответит на твои чувства, так как не увидеть их. Люди не могут любить некромантов, это ваше проклятье.
Обида душила меня. У меня не было сил спорить с ним и дальше. На остановке из маршрутного такси вышла Вера. Я поспешил к ней:
-Я докажу тебе, что ты ошибаешься. Она пришла! - я ликовал.
В полутьме прокуренного кабачка мы заняли укромный столик в углу зала. Я предложил Веронике сделать заказ, но она сказала, что полностью полагаться на мой выбор. Я приблизительно представлял особенности гастрономических пристрастий моей спутницы и выбрал рыбное блюдо и белое вино. Но Вера сказала, что будит розовое марочное, название я не запомнил, зато хорошо помню его сногсшибательную цену. Нет, я не скряга, мне не жаль денег и для Вероники я готов на все и за ценой не постою. Проблема была в другом. Отсутствие присутствия наличности в моих закромах. Я ни как не предполагал, что Вероника обладает таким утонченным вкусом. Я, конечно, мог бы материализовать вожделенные для многих денежные знаки, при чем любой страны и любого наминала. Вот только официанты в этом самом заведении в большинстве своем посвещены в дела Альмы и хорошо знают фокусы местных магов, по этому все как один ходят в очках "различителях" - с помощью которых отличают реально существующие деньги от материализованных только что.
Вовремя я вспомнил о том, что Вальд обещал одолжить деньжат если что. А тут как раз кое-что. Я извинился и под невинным предлогом "освежиться" помчался не в уборную, а на улицу. Друид все еще любовался ночным небом (я этих природников плохо понимаю, его там девушка ждет, а он...).
-Вальд, дружище, выручай!
Он даже не спросил в чем дело, а преспокойно отслюнявил две сотни гринов. Так словно фантики. Хорошая зарплата на кафедре алхимии!
-Отец время от времени помогает, - объяснил он, поймав мой удивленный и не скромный взгляд. Я на всякий случай, (а вдруг!) проверил материальность валюты в моем кармане и, убедившись, что все в порядке, вернулся к Вере.
Она, похоже, так и не вспомнила меня, а скорее даже не узнала. Но я не унывал. Вот только про себя все думал намекнуть на то, что я ее знаю или все таки не стоит. Я по привычке старался обдумывать каждое слово, что бы ни ляпнуть какую-то глупость и просчитывал свои шансы на успех. Я старался шутить, но не быть клоуном, быть интересным, но не заумным. Один мой приятель говорил:
"В каждом человек живет ребёнок, подросток и взрослый. Чтобы понравится девушке, ты должен угодить - всем троим".
