Книга оказалась занятной. Акунин "Пелагея и красный петух". Алчи, терпеть не мог детективы, но в этот раз просто-напросто зачитался. Он так и сидел с книгой в одной руке и чашечкой чая в другой, когда дверь открылась, и в комнату вошли.
-Я все проверила и закрыла. Вы не серчаете отче, что так долго, я еще мусор вынесла, - хозяйка не сразу разглядела того, кто сидел за столом, пил чай и читал её книгу.
-А я и не серчаю, - ответил Алчи, и оторвал взгляд от книги. Перед ним стояла молодая монашка на вид лет девятнадцати. Она с испугом смотрела на нежданного гостя. В её взгляде было множество беззвучных вопросов, но Алчи ответил только на один:
-А я тут у вас чайком балуюсь. С малиной, - довольно отметил некромант.
Девушка пришла в себя и, овладев своим голосом, спросила:
- Вы ищите отца Иллариона?
-Нет. Просто пью чай, читаю книгу. К стати и вам рекомендую чайка, на улице самая взаправдашняя февральская вьюга, - он налил в чашку заварки и кипяток с чайника, благо он его еще раз подогрел. Монашка подошла к столу и села напротив. Она ни как не могла, понять, что нужно этому нежданному гостю. Выгнать на улицу она его не могла. Не по-христиански это. А отца Иллариона всё не было. Каин продолжал читать, не обращая на хозяйку ни малейшего внимания. Девушка пила свой чай и поглядывала то на часы, то в окно, то на гостя. Так продолжалось минут десять. Алчи зевнул и отложил книгу:
-Вот, умная эта Пелагея. Да? - девушка кивнула, но ни чего не сказала.
-Что-то разговор у нас не клеиться, а я думал с Вами о чем-нибудь поболтать. Может, какой интересный спор бы получился. Кто знает.
-Это Вам с Отцом Илларионом пообщаться надобно. Он умеет с людьми говорить. Всякого выслушает. Для каждого доброе слово найдет, приободрит, совет добрый даст. А вот если заболеете, то лучше к матушке обращайтесь, она травы разные знает и молитве нужной научит.
-Они здесь, что ли живут, - спросил Каин, осмотрев комнатушку, - маловата, как для трех человек.
-Нет, они дальше по дороге, дом с зелеными воротами. Они меня к себе звали, у них комната одна свободная есть...
-А чего ж не пошла?
-Да мне здесь больше нравиться. Возле церкви спокойней...
-К Богу ближе? - с иронией спросил некромаг. Он потянулся и скинул кожаный плащ. Под плащом у него был черный френч, застегнутый наглухо под горло. Только сейчас монахиня обратила внимание на то, что гость, весь в черном. Белыми были только его короткие волосы. Он встал, поднял плащ и повесил его на вешалку у двери. Монахиня присмотрелась к его голове и заметила уродливый розовый шрам на затылке. Гость провел по волосам, словно хотел собрать их в хвост, но длина теперь не позволяла, и он нервно отдернул руку.
-Можно спросить, что с вами случилось, я имею в виду шрам на голове.
-Неудачно влюбился. Чуть голову от любви не потерял, - он подлил себе чайку и добавил малины, - а если серьезно, то гулял поздней ночью по темным улицам. И встретил других прохожих, только у них был обрезок трубы. И вот вам результат. С того дня я без этого не хожу.
Он нагнулся и, задрав правую штанину, достал из сапога кортик в красивых ножнах. Хозяйка вздрогнула, увидев оружие в руках незнакомца. Он протянул ей клинок, предложив рассмотреть. Она какое-то время колебалась. Но, рассудив, что в её руках он ей ни чем не угрожает, взяла оружие из его рук.
Ножны были подстать костюму гостя, черные с серебряной гравировкой. Орнамент был витиеват и не понятен, он очень напоминал какой-нибудь язык. Она четко видела закономерность в расположении отдельных символов в итоге формирующих единый рисунок. Она попробовала освободить лезвие от ножен, но ни чего не получалось. Каин внимательно следил за действиями монашки. Немного покрутив кортик в руках, она щелкнула потайным замочком, и клинок заблистал в ее руках, Алчи ни как не ожидал подобного. Он то думал, что девушка так и не сможет вынуть Шип, а именно так он назвал своё оружие, из ножен. По крайней мере, это ему обещал Илья, выковавший клинок, как подарок на день выписки из больницы. Ведьмы покрыли черные ножны охранными заклятиями "от чужой руки" и им подобными. Теперь же Алчи ошарашено смотрел на монашку с его обнаженным клинком в руке.
По змеевидному лезвию бежали отблески электрического света. Девушка восхищенно смотрела на клинок. Нет, она была против насилия, но умела видеть красоту, и по достоинству оценила искусную работу кузнеца. К тому же ей раньше не приходилось видеть мефрил, она приняла его за чистое серебро или какой-то из его сплавов.
Она отдала Шип гостю. Алчи ловко вернул его в ножны, и спрятал в сапог. Поправляя штанину, он заметил:
-Я зову его Шип.
-А может тогда сразу Жало, - подколола его хозяйка пристройки.
-Я по началу так и хотел, но потом решил что это не очень-то оригинально. Вы так не думаете? К стати об именах. Я еще не назвал свое, и не знаю ваше. Меня зовут Каин, а друзья просто Алчи.
-Алчность это порок, - заметила монашка.
-Ни кто не идеален, - парировал гость.
