Однако почему-то иногда благотворительность не то что не одобряется, но даже откровенно порицается. Крупная компания помогла благотворительному фонду? Так это они просто от налогов уходят! Знаменитость поддержала ту или иную социальную инициативу? Просто пиарится! Человек помогает волонтерам или благотворительной организации? Да ему просто делать нечего, с жиру бесится. Кстати, чаще всего такую критику можно услышать от человека, который сам никак не занимался благотворительностью…
Анна Павловна Философова (урожденная Дягилева, знаменитый театральный деятель Сергей Дягилев — ее племянник) однажды собиралась на бал. Черное бархатное платье, букет живых цветов, диадема в волосах — она готова к встрече с царем. И вдруг, перед самым отъездом на бал, Анна Павловна получает срочное известие, после чего спешно уезжает, а муж вынужден отправиться на бал в одиночестве.
Что случилось?
В одной из квартир Петербурга молодая мать обварила ребенка кипятком.
При чем здесь Анна Павловна?
Произошла трагедия в квартире, которую арендовало Общество дешевых квартир и других пособий нуждающимся жителям Санкт-Петербурга, а Анна Павловна — одна из его соучредителей.
Конечно, Философова могла послать в квартиру кого-то из членов общества, не было необходимости бросать бал и мужа и прямо в бархатном платье мчаться на место происшествия. Или была?
Друг Анны Павловны, Федор Михайлович Достоевский, узнав об этой ситуации, сказал вот что:
— В этом жесте вся Анна Павловна! Помочь ребенку важнее, чем новое платье, чем опоздать к выходу царя, чем войти во дворец не под руку с мужем, как полагалось, а одной. Главное, всегда сначала настоящее главное!10
Я же не вижу здесь большого противоречия. Бал — это непременно приятно и весело, и даже, возможно, положено по статусу явиться к царю; но, видимо, настоящая помощь простым людям была для Анны Павловны важнее.
У Философовой имелись соратницы и подруги, например Надежда Стасова и Мария Трубникова, и каждая из этих женщин пришла к благотворительности своим путем. И каждая непременно получала что-то свое, ощущение самореализации, того, что от тебя что-то зависит, того, что ты можешь помогать людям и видеть результат своих трудов.
Например, Философова писала о своей благотворительной работе в Псковской губернии так: «Здесь соединены все лучшие наши чувства и мысли, здесь строятся планы на будущее, здесь сосредоточиваются все силы, здесь семья отдыхает, здесь связь с народом, чувствуешь, что живешь не только для себя и для тех, кому ты нужен, как-то не совестно жить здесь».
Возможно, ее мучила совесть из-за высокого положения ее семьи. В одной из биографий Анны Павловны я нашла историю о том, как она, будучи маленькой девочкой, осознала разницу между своей жизнью и жизнью ровесницы-крестьянки в поместье ее отца. Несмотря на то что Павел Дмитриевич Дягилев отменил крепостное право в своих поместьях еще до закона 1861 года и платил крестьянам зарплату, разрыв между помещиком и крестьянином все равно оставался огромный. Маленькая Анна увидела это и, кажется, за всю свою долгую жизнь так и не согласилась с таким положением дел. Она хотела, чтобы даже самые бедные женщины получили шанс на достойное существование. Эгоистично? Ради успокоения собственной совести?
Можно думать и так, но факт остается фактом: кроме открытия школ и проведения учебных курсов для крестьянских детей, Анна со своими подругами открыла больницу (в своем же поместье), детские сады (которые стали в какой-то момент такого хорошего уровня, что туда просились и благополучные семьи) и Общество дешевых квартир, где женщины могли снимать жилье за пять рублей (само общество платило арендодателю восемь рублей) и найти работу (например, однажды женщины из Общества получили заказ от Военного министерства Российской империи и смогли заработать на жизнь). Многие женщины остались бы на улице без Общества, потому что бежали из дома, с детьми или одни, из-за пьянства или жестокости мужа. По сути, Общество было аналогом современных шелтеров для женщин. Позже его соучредительницы боролись за право женщин получать образование, и их действия в итоге привели к знаменитым Бестужевским курсам.
И даже если все это было предпринято из эгоизма Анны Павловны, какое до этого дело было тем, кому она помогла? Одна из крестьянок ее поместья писала ей (вообще, сам этот факт, по-моему, уже достаточно много говорит о характере и жизни Философовой): «Красным солнышком всегда и везде были вы, наша дорогая, наша милая Анна Павловна11».
Когда я изучала историю Анны Философовой и ее соратниц, я все время думала о Мелинде Гейтс. Казалось бы, совершенно разные истории, разные страны, даже разные эпохи: когда Философова, Стасова и Трубникова умерли, Мелинда Гейтс даже еще не родилась (даже ее бабушка не родилась). Но я вижу общее в подходе к благотворительности у этих женщин: они не хотели просто давать деньги нуждающимся, а желали поменять саму ситуацию, которая делает их нуждающимися.