Сейчас у Грегори не было постоянных любовниц. Иногда, под настроение, после веселой вечеринки он мог в качестве праздничного развлечения переспать с какой-нибудь хорошенькой девушкой; и для него важно было, что это не его сотрудница, а мисс со стороны.
Все его мысли занимали бизнес-проблемы, и он был слишком уставшим от массы дел, чтобы думать о похождениях.
Андреа, уже не будучи его секретарем, не владела информацией о его личной жизни, но Оливия, понятно, продолжала быть в курсе всего.
Андреа не только чувствовала, что продолжает нравиться Грегори; однажды она убедилась в этом, услышав его слова.
Это было, когда она еще работала у Маккалана секретарем.
Как-то раз, явившись в офис, она случайно услышала разговор Грегори с его приятелем Марком. Маккалан и Марк стояли у колонны. Они не видели ее. А Андреа подходила все ближе. И навострила уши.
— А твоя секретарша ничего… Как она в постели?
— Даже не думай, Марк. Я столько времени не мог найти достойную помощницу. Андреа просто золото. Если честно, она занимается не своим делом. Она талантлива и умна. Работа секретарем не ее удел. Но видишь, как получилось… У такой красавицы, конечно, был богатый муж, поэтому она никогда не работала. Потом они развелись, а ей всего тридцать. С личной жизнью пока не сложилось.
— Понятно. В ней видна порода.
— А если честно, я еле сдерживаю себя. Она так сексуальна! И в ней не только сила ее пола, она не такая, как все…
— Влюбился, что ли? По-настоящему?
— Я не знаю. Не хочу об этом думать. Она просто моя секретарша. И надеюсь, останется ею надолго. Если она вновь найдет себе мужчину, то… придется опять искать бездарную девицу себе в секретари.
— Ну-ну…
Андреа так и стояла в тени колонны, вся пунцовая.
«Как он благороден! Как прекрасно понимает меня!»
— Я хотел с тобой поговорить, — сказал Грегори Андреа грозным тоном. «Неужели он меня уволит из-за того невинного поцелуя?» — тут же подумала Андреа.
Грегори подошел к Андреа близко. Слишком близко.
— Андреа, ты нравишься мне. Уже давно. Но я не предпринимал никаких действий. По ряду причин…
Он взял ее за руку.
— Тот поцелуй… Ты застала меня врасплох… Что это значит? Я нравлюсь тебе?
— Грегори, я была не в себе… Прости. Давай забудем об этом.
— Нет. Ответь… Не лукавь. Не прячься. Я нравлюсь тебе?
Она выдержала паузу, потом опустила глаза и со смущенным, слегка виноватым видом сказала:
— Да.
Грегори нежным жестом убрал волосы с ее лица и поцеловал ее.
Она ответила.
На мгновение они забыли, где они. Время остановилось.
Андреа первая отстранилась.
— Я не могу. Ты мой компаньон, ты женат… это все неправильно.
Оба молчали. Грегори держал ее за руки.
Она вырвала руки, повернулась и пошла к двери.
Грегори воскликнул:
— Андреа! Остановись! Послушай… Давай начнем с малого. Я приглашаю тебя на свидание. Что скажешь?
Она замерла у дверей. Он подошел опять очень близко, и она чувствовала на своей обнаженной шее его горячее дыхание.
— Я не могу дать тебе ответ сейчас. Мне надо подумать… Дай мне время, хорошо?
Он взял ее за руку и сказал:
— Андреа Каммингс. Ты правда очень мне нравишься. С самого первого дня, когда ты появилась здесь, в офисе, вместе с Шоном, я думаю о тебе.
Прошло несколько дней.
Андреа не давала Грегори ответа.
На работе они старались вести себя как обычно. Андреа избегала встреч наедине, но и Грегори сейчас не стремился к ним во что бы то ни стало. Он понимал, что эта женщина слишком сильно его околдовала, и не хотел неловкой ситуацией спугнуть впервые испытанное волшебство влечения.
В глубине души он догадывался, что она немножко играет с ним, и это возбуждало его еще сильнее.
Через пару недель Андреа согласилась прийти на свидание.
Они встретились в парке, долго гуляли рука об руку. Деревья шумели над ними. Их поцелуи пахли листвой и океаном.
Потом Грегори позвал ее к себе на квартиру. Она отказалась.
Он назначил ей еще пару свиданий. Андреа все еще держала дистанцию.
Оливия же менялась просто на глазах.
Она начала играть роль скандалистки, сварливой хозяйки, вечно ждущей своего непутевого мужа. Она перестала за собой следить, перестала приглашать гостей, устраивать светские рауты. Это давалось ей нелегко, но она повторяла себе: «Терпи, Оливия, такая жизнь тебе всего лишь на полгода!»
Она была почему-то уверена, что именно через полгода Грегори придет к ней и попросит развод. А Оливия, став свободной, быстро вернется к своему обычному облику, будет сиять и блистать и восстановит свои утраченные позиции на «светском рынке».
Все шло по их с Андреа плану. Грегори переставал интересоваться женой. И все больше начинал восхищаться Андреа.
Однажды вечером Оливия устроила мужу дикий скандал.
Именно в этот момент Грегори позвонила Андреа.
«Что с тобой? У тебя такой голос…»
«Ничего. Ты сейчас свободна?»
«Да!»
«Жди меня, я приеду».
И он побежал к Андреа за утешением.
Андреа открыла ему дверь.
Анна была, как обычно, в гостях у Бейкеров.
Он шагнул в прихожую. Она попятилась.
— Грегори, ты…
Его нетерпеливые руки уже обнимали ее. Горячие губы искали ее губ.
— Ты же… Андреа!.. Ты же сама этого хочешь…
— Да… Хочу…
