Начинающему актеру несказанно повезло получить второстепенную, но очень важную роль Великого Князя Георгия Александровича Романова в сериале о молодости Николая II. Последний вечер в родном городе должен был стать началом новой жизни - жизни кинозвезды Всероссийского масштаба, но у мироздания были другие планы: наш герой очнулся на крейсере "Память Азова" посреди Восточного путешествия цесаревича Николая. Очнулся в теле того, кого должен был играть в сериале. Вот уж в прямом смысле "вжился в роль"!P.S. Аутентичной концу XIX века речи персонажей здесь не найти, но я стараюсь придавать колорит.Том 1:https://author.today/work/336122
— Не понимаю, уважаемый Вей Чжоу, — откинувшись в кресле, я принялся тарабанить пальцами по столу и изображать на лице вежливое недоумение. — Что значит «похищение подданных Ее Императорского Величества»?
Старый знакомый — чиновник высшего ранга и все еще Помощник Главного Советника Императрицы Цыси — с которым мы когда-то торговались за Манчжурию и окрестности, изобразил виноватое лицо и не менее виноватый поклон:
— Простите за то, что позволил себе пересказать ничем неподтвержденные, недостойные слухи — уверяю вас, Ваше Императорское Величество, ни я, ни Ее Императорское Величество никоим образом не хотели оскорбить вас и ваших доблестных воинов, однако по долгу службы я был обязан донести до вас распускаемые противниками русско-китайской дружбы слухи.
Ага, верю.
— От государственного деятеля Империи Цин я и не ожидал меньшего, — великодушно простил я Вей Чжоу. — В конце концов, главной обязанностью чиновников любого уровня является забота о населении.
— Именно ею и продиктованы мои непростительные слова, Ваше Императорское Величество, — покивал Помощник.
Присутствующий в кабинете (в доме Евстафия содержится, потому что прием китайского переговорщика в доме Арисугавы будет воспринят как тот еще сигнал), переживший очень неприятные дни вместе со своими сотрудниками посланник в Китае Алексей Михайлович Кумани пошевелил упакованной в «шину» и повязку левой рукой.
Восстание ихэтуаней не обошло стороной иностранные посольства — пришлось нашим отражать настоящий штурм, благо мы к этому готовились, и в полном соответствии с инструкциями бравые гвардейцы с отважными представителями славного Российского дипкорпуса открыли то самое «на поражение», едва первые «штурмовики» с дрекольем в руках начали перелезать через забор без всяких там предупредительных, что позволило вразумить ихэтуаней всего лишь через пару десятков трупов, взамен получив некоторое количество легких ранений и метко брошенных камней — один из них и сломал руку нашему посланнику.
«Соседям» повезло сильно меньше: они-то предупредительные давали, а то и вовсе пытались взывать к голосу разума взбешенных ихэтуаней. Теперь там закопченные, сильно измазанные кровью стены и зловещая тишина. Ну а наши благополучно просидели в «крепости» на обильных запасах пару недель, пока регулярная китайская армия не вытеснила бунтовщиков из столицы и не организовала пригодный для перемещения иностранцев транспортный коридор.
С утра успел наградить, премировать и в меру сил приободрить переживших очень страшные дни господ, дам и их детей. Всё, отмучились — ныне у них пожизненное казенное содержание, путевки на курорты (в Сиам никто не захотел, выбрав Черное море. Могу понять — посмотрели, что из себя в кризисные моменты представляет Азия, и справедливо решили, что хватит) и — для тех, кто не хочет на пенсии до конца своих дней отдыхать, причем заслуженно — возможность выбрать себе назначение по вкусу и квалификации. Гвардейцы, ясное дело, пенсию в гробу видали и просятся в уже ставший легендарным «международно-силовой отдел», он же Частная Георгия Романова Военная Компания. А чего мне стесняться? Просто защищаю свои инвестиции от вредных аборигенов, а кто там такой бледнолицый среди негритянских борцов за свободу мелькает, это вообще не мое дело — свободные люди-с, могут развлекаться как хотят.
— Алексей Михайлович, могу я поинтересоваться вашим мнением по поводу слухов? — дал я аккуратно попрошенное слово посланнику.
— Благодарю, Ваше Императорское Величество. Многоуважаемый Вей Чжоу, прилагались ли к ничем неподтвержденным, но обязательным к озвучиванию «слухам» ничем неподтвержденные, но желательные к ознакомлению Российской стороной списки так называемых «похищенных»?
— Прилагались, многоуважаемый Алексей Михайлович, — подтвердил Помощник и залез в уморительно смотрящийся в руках этнически одетого в чиновничий халат и специфическую шапку китайца портфель нашего элитного производства.
Специально взял, чтобы нам приятно сделать — дипломат все же, а не сельский староста. Я тем временем вынул из ящика стола список китайцев, пожелавших пересидеть у нас неспокойные китайские времена. Очень большой список, на три с половиною тысячи семей. Отдельным списком — государственные служащие, их меньше десятка, потому что в отличие от крестьян и торговцев, им вернуться в Поднебесную уже не получится — казнят за предательство, а так радикально сменить Родину готовы сильно не все. Еще один список — побольше, тридцать семь имен — попавшиеся на шпионаже «беженцы».
Сначала на стол легли свитки Вей Чжоу, затем — три мои папочки. Заценив на третьей заголовок «шпионы», Вей Чжоу изобразил виноватую улыбку формата «ой, чуть не забыл» и вынул из портфеля еще один свиток, пояснив:
