Английского кредита заранее получено не было, но я свое все равно беру. Та политика, которую видят простолюдины — это специально организованный театр. Вся грязь — она там, за пышной и громкой ширмой из мировой дипломатической изоляции и презрения. Едва коммунисты совершили свою Революцию, я перекрыл вентиль безвозмездной помощи. Торговля идет бойко — сюда плывут «пережитки» в виде бесчисленных исторических, культурных и материальных ценностей, плывут производственные мощности — группы «А» в основном, «производство средств производства», нафиг ненужный нам в общем-то уголь (просто для баланса) и прочее, а обратно — караваны зерна, оружия и сырья для подпитки оставшихся английских производств. Пролетариат же должен заниматься прямым своим делом — выдавать промышленный продукт. Последний сильно упал в цене, и «куется» по сути в убыток, потому что покупают его только с большим дисконтом. И мы покупаем, и соседи — не один я такой умный.
Пропаганда коммунистов отрабатывает как ожидалось — с лейтмотивом «капиталисты сами продадут нам веревку, на которой мы их повесим». Параллельно «отрабатывает» репрессивный аппарат — «контру» давят беспощадно, а ее в СКР становится больше с каждым днем, обратно пропорционально падению уровня жизни. По донесениям оперативников «Избы», товарищ Ленин пребывает в перманентном шоке от созерцания плодов столь желанной Революции. Угнетает его и нежелание мирового пролетариата повторить Британский путь. Вид, однако, держит боевой и активно участвует в формировании коммунистических государственных институтов.
С попытками «экспорта революции» тоже все в порядке: коммуняки что тараканы лезут к соседям, завозят агитматериалы, дают взятки — на Революцию-то деньги всегда найдутся! — и пачками садятся в тюрьмы и с высоко поднятой головой расстреливаются и вешаются. Границы нынче укрепляют все, свобода передвижения по Европе от этого сходит на нет — вводятся проверки документов, набухают архивы и картотеки, множатся контингенты пограничников, таможенников и юридический базис под все эти изменения.
Но вернемся к делам торговым да промышленным — наши музеи выходят на новый уровень, а индустриализация получает вполне ощутимую подпитку. Несколько недовольны промышленники — пусть английских товаров мы завозим и не много, но кое-кому они по доходам ударили. Более того — получается, что мы помогаем главному буржуазному «жупелу» — коммунякам — выжить и укрепиться! Как сие понимать, Ваше Императорское Величество?
— Все равно загнутся, а наши люди получают возможность закупиться полезным подешевле. Прошу проявить понимание, господа, и вам воздастся.
Промышленники понимание конечно проявили, и я данное им слово сдержу — госзаказы у меня бесконечные, пригляд за ними — строгий, и мне вообще пофигу, кому именно их раздавать, лишь бы дело делалось.
Зато купцы (не все, конечно, а причастные к торговле с Британией) весьма довольны: навар-то неплохой даже с учетом моей рекомендации не наглеть. И не наглеют, потому что православные, совестливые люди. А еще огребут страшно — если я министров без избыточных рефлексий снимаю, мир шатаю так, что тектонические сдвиги даже в далеких сибирских деревнях ощущаются, чего мне стоит купца через Аппарат провернуть? Всё, обучилась Российская Империя — с Георгием выгодно договариваться, и физически вредно пренебрегать Августейшими советами и просьбами.
Немного подтолкнуло случившееся и логистику — торговый флот у Великобритании был исполинский, и многие владельцы кораблей, потеряв собственность, доли в предприятиях и прочее, вынуждены продавать часть судов, чтобы попрочнее встать на ноги на новом месте жительства. Не так много, как хотелось бы жадному Российскому Императору, но все равно приятно.
Еще больше подтолкнуло логистику — пока только на внутриимперских маршрутах — предложенное мной уже давненько ноу-хау: стандартные контейнеры для грузоперевозок. Еще во время Путешествия я насмотрелся на портовую суету, но мозги в нужную сторону отработали не сразу: ну грузят ящики, мешки да те же контейнеры пёс разберет каких размеров, но и что? Знают же, что делают. А спустя пару лет в голове всплыла фотография груженного сухогруза. Если сложить ящики да мешки в контейнер, а тот в свою очередь стандартизировать, можно сэкономить ценные человеко-часы — главный ресурс этой планеты. Заграничные партнеры пока разводят руками — дорого переоборудовать мол — но мне все равно, рано или поздно неизбежно подтянутся.
