Сказать, что демонтаж Османской Империи путем захвата вызвал в России патриотический подъем — все равно, что окрестить коронацию Его Императорского Величества «тихим семейным праздником». Даже самые далекие от политики граждане, даже неоднократно обиженные властью арестанты, даже последовательные сторонники идеи «какая война, если внутри страны порядка нету» плакали от радости.
Горячительные напитки лились рекой, и только строгий пригляд не позволял сотрудникам органов охраны правопорядка махнуть на обязанности рукой и присоединиться к многодневному загулу, в который, казалось, погрузилась вся страна от новоприобретенных Галиций до славного Дальневосточного городка Николаевска.
Накал гулянки стоял такой, что направить его чиновничьей рукой в организованное русло не было никакой возможности, и оставалось лишь надеяться, что Империя переживет праздник с не шибко большими потерями да разворачивать на базе общественных и предоставленных частными лицами зданий пункты оказания первой помощи, совмещенные с вытрезвителями и оснащенные батюшками, которые взывали к совести потерявших человеческий облик. Праздник великий, спору нет, но ты бы лучше вместо валяния рожей в притрактирной луже чего-нибудь созидательного сделал.
Пока народ ликовал, на Европейских фронтах продолжалась тяжелая боевая работа. Не так напряженно, но работал и Двор: всю кампанию в специальный отдел стекались документы с завоеванных территорий, подкрепленные результатами инспекций «с мест». Османская Империя — это не только непримиримый враг, но и вполне развитая административная монархия со всеми причитающимися: инфраструктурой и бюрократией.
Первое предстояло осмотреть, снабдить документацией на русском языке и — где нужно — привести в порядок. «Нужно» было намного чаще, чем хотелось бы новым владельцам — «пилили» бюджеты турки как не в себя, и это притом, что последний десяток лет с бюджетами стало как-то прямо тоскливо. Прибавим сюда повреждения в ходе боев, и на выходе получается объем работы в десятки лет длиной — никто ведь не станет развивать «наследство» в ущерб старым территориям, где вообще-то тоже работа никогда не кончается.
Кое-где помогли инженерные войска, но привлекать к стройкам да ремонтам солдат-победителей начальство откровенно стеснялось: тут, понимаешь, своими руками осуществил древнюю мечту всея христианского мира, а тебя канаву копать заставляют. Невместно-с!
Главные усилия, понятное дело, были направлены на сам Царьград — на первое декабря назначено прибытие сюда исполинской делегации государственных, военных и религиозных чинов во главе с самим Его Императорским Величеством. Все имеющие хоть какой-то опыт реставрации культовых сооружений были спешно стянуты сюда, в помощь местным специалистам — их в наследство от турок досталось на удивление много.
Щедра Россия — это знает каждый ее житель без исключений. Щедра ко всем по-разному, чаще чем хотелось бы одаривая того, кто по общему мнению нифига не заслужил. К счастью, по заслугам она одаривать умеет даже не «чаще», а системно — нужно лишь немного удачи да умения направлять усилия куда следует, ведь не даром говорится «на Бога надейся, а сам не плошай». Здесь неизбежно приходит в голову картина крестьянина, с рассвета до поздней ночи впахивающего так, что никаким купцам и не снилось, но едва сводит концы с концами. Грустная картина, но тут уж ничего не поделаешь — мир вообще несправедлив, и всё, что может государство — это «подкрутить» социальные лифты в правильную сторону.
Щедра Россия — это знают многие за рубежом. В их числе — дети и внуки тех, на чьей памяти Российская армия топтала улицы европейских столиц, добивая Наполеона. Тогда русские показали невиданную щедрость, не только оплатив счета частных лиц в заведениях общепита, но и не став накладывать на французов заслуженных репараций. Известно и подчеркнуто-щедрое отношение России к покоренным народам и любовь к строительству «витрин», которые, кажется, нужны только правящей верхушке, чтобы демонстрировать удивленному такими выкрутасами миру свою доброту.
В свете вышеупомянутого я как-то даже не удивился, получив ныне лежащую передо мною бумагу. Стопка бумаг — под коллективным письмом в мою Канцелярию подписалось несколько сотен человек, и список их хоть сейчас телепортируй в мою прошлую реальность для подпитки адептов конспирологии. Ротшильды, Рокфеллеры, Морганы — все они здесь представлены. Помимо лиц частных, имеются некоторые ассоциированные с государствами банки — в основном американские. «Вишенкой», благодаря которой письмецо моих очей и удостоилось, выступил аж американский министр финансов.
