Вот опять этот несносный упрямец решил всё сам, даже не спросив моего мнения! Впрочем, повозмущаться мне не дали, используя старое, как мир средство — поцелуй. Нежный, какой-то невесомый волшебный поцелуй. Как будто Корсаков одновременно и боялся пройтись по грани, и при этом хотел оставить горящий след на моих губах, чтобы они точно его помнили всю ночь. И ведь они будут помнить…
Глядя на Сашу, мне было сложно представить, что во всех его словах и действиях есть двойное дно. Не знай я всей правды о споре, я была бы сейчас самой счастливой девушкой на свете. В которую вроде как были влюблены. И которая, вполне возможно, тоже была влюблена. Именно так мы с Сашей смотрелись со стороны.
Но на самом деле, всё было совсем не так.
Проспала, проспала, проспала! Я с ужасом подскакиваю с кровати, и хватаю в руки телефон. Два часа дня! Как можно столько спать? Я ведь даже не танцевала до утра в клубе!
Вместо этого я, придя домой, включила на ноуте один из моих любимых фильмов «Девчата», и проревела практически все полтора часа над романтичной классикой советского кинематографа.
«Мам Вер, а разве можно спорить вот так, на живого человека?».
Можно, Тося, можно.
Кто-то на шапку спорит, кто-то на Порше. Времена меняются, аппетиты растут. Столетия сменяют друг друга, а вот человеческие пороки, такие как глупость, гордыня и упрямство, остаются неизменными.
В окно беспощадно льёт солнце, кружа тысячи пылинок по комнате. Из распахнутого окна пахнет весной. Жизнь идёт своим чередом. Вроде бы ничего не изменилось, но в то же время изменилось всё.
Касаюсь босыми ногами пола, и не спеша подхожу к огромному зеркалу. М-да, вид оставляет желать лучшего. Опухшие красные глаза, щёки на два размера больше, чем отсыпала мне изначально природа. Ну или просто ночью ко мне забегал кто-то из семейства грызунов и решил махнуться не глядя. Цвет кожи какой-то болезненно серый. А завершает картину взгляд. Я тщетно пыталась найти определение тому, что он означает. Но это был точно не взгляд девушки, которая с нетерпением и радостью ждёт вечернего свидания.
Кофе, мне определенно нужен кофе.
Краем глаза замечаю звонок от Катюхи.
— Привет, биг систер, — приветствую я. Беременность беременностью, но традицию нельзя нарушать. — Как самочувствие?
— Привет, Лизок! Ну знаешь, лучше, чем я думала. Токсикоз не мучает.
— А на солёненькое ещё не тянет?
— Не-а, — смеётся Катя, — К огурцам и рыбке я равнодушна, а вот мясо, ммм… Витя говорит, что мне пора переезжать в мясную лавку. Эх, вот опять захотелось! Я что звоню, Лизк, завтра папа прилетает.
— Они же с мамой должны были только к майским праздникам вернуться, — удивляюсь я. А ещё со вздохом отмечаю, что, как обычно, обо всех планах родители звонят сообщить Кате. Мне конечно и на работе хватает болтовни, но всё же внутри шевельнулось гаденькое чувство ревности.
— У папы конференция в одном из универов. Что-то там переигралось, как обычно, поэтому на пару дней он будет в Самаре. Хотел с тобой встретится, — сообщает сестра.
— Да ну? — вот это новость. Обычно, если папа на пару дней заскакивал домой, наше общение ограничивалось долгим телефонным разговором. С чего вдруг такая жажда семейных посиделок? Искренне надеюсь, что все живы здоровы. На всякий случай даже скрещиваю пальцы. Катюху ведь сейчас нельзя волновать, может поэтому и решил сначала сообщить мне… — Кстати, он в курсе, что скоро станет дедом?
— И он, и мама, поэтому не переживай, ничего лишнего ты не взболтнешь.
— Обрадовался? — спрашиваю я. Не могу сдержать улыбки.
— Ага. Настолько растрогался, что клятвенно обещал больше времени проводить в Самаре. Говорит, хочет видеть, как растут его внуки, — Катюха не может сдержать усмешки в голосе, и я её понимаю. Если единственной любовницей в жизни Корсакова был его бизнес, то сердце и жизнь Юрия Бельского навсегда было отдано физике. Даже мама всегда смеялась, что сначала он женился на физике, а потом уже на ней. Поэтому на правах второй жены довольствовалась тем, что есть, и сильно не возмущалась. Точнее совсем не возмущалась, а просто начала строить свою карьеру…
Значит, если за жизнью второго ребенка не особо получилось понаблюдать, то можно попытаться нагнать упущенное с внуками. А пока отеческий порыв любви горит ярким пламенем, сгодится и встреча с непутевым младшим отпрыском четы Бельских. Вот теперь всё встало на свои места, и я точно могу быть спокойна, что все живы здоровы.
***
Наш с Корсаковым неспешный променад по набережной как-то незаметно перетёк в беспорядочное, но довольно занимательное хождение по уютным улочкам старого города. Саша действительно много знал, но не спешил грузить меня знаниями о старинной архитектуре Самары. Скорее это я его заваливала вопросами. Это был отличным способом молчать о себе, чтобы случайно не наговорить лишнего. Сближаться с Корсаковым и открывать ему душу вовсе не входило в мои планы.
Но меня быстро раскусили.
— И что ты хочешь обо мне узнать? — тяжело вздыхаю я, когда меня буквально припёрли к стенке.
